- 1 -                                                                           

  "Дамы и господа! Телекомпания "Союз" прерывает свои программы для экстренного 
выпуска новостей.

- Здравствуйте. Вооруженное ограбление банка в самом центре столицы вылилось в 
беспрецедентный захват заложников.
  Прямой репортаж с места событий нашего специального корреспондента Сергея 
Климова.
- В настоящий кошмар превратился сегодняшний день для десятков или даже сотен 
людей, находящихся на верхних этажах бизнес-центра "Новая Эра". Сейчас я и оператор 
Евгений Розов находимся рядом с этим сверхсовременным двадцатипятиэтажным зданием 
на проспекте Мира. 
  Около часа назад в дежурную часть УВД Центрального округа поступило сообщение о 
разбойном нападении на офис Федерального банка, который занимает весь третий этаж 
"Новой Эры".
  Несмотря на отсутствие сигнала на централизованном пульте охраны, к бизнес-центру 
немедленно были отправлены все патрульные машины, находящиеся поблизости.
- Что вам удалось узнать, Сергей?
- К этой минуте я смог поговорить только с некоторыми эвакуированными сотрудниками, 
а также с одним из охранников центра.
  Картина примерно следующая: несколько вооруженных людей, очевидно, заранее 
отключив сигнализацию, ворвались в операционный зал банка и, нейтрализовав охрану, 
похитили находящиеся в хранилище деньги. 
  Пока сложно сказать, что там случилось, услышал ли кто-то выстрелы или внутри 
бизнес-центра существовала своя дополнительная система безопасности, но к тому 
времени, когда бандиты попытались покинуть здание, все лифты и ведущие вниз 
эскалаторы были уже отключены, а охранники "Новой Эры" заблокировали выходы, 
ожидая прибытия милиции.
  Тогда, вместо того, чтобы с боем прорываться наружу, преступники предпочли 
подняться по лестнице почти на самый верх, на так называемый "Уровень удовольствий" 
- это двадцать второй этаж - и взяли в заложники всех находящихся там людей.
- Сергей, что известно о грабителях? Имеются ли жертвы? Сколько человек стало 
заложниками?
- По предварительным данным, преступников семеро, возможно, больше, среди них - одна 
женщина. Вооружены "АКСУ" и пистолет-пулеметами. Тяжело ранен охранник банка, 
несколько сотрудников получили легкие ранения, а также побои.
  Что касается "Уровня удовольствий", то, учитывая весьма высокую численность 
персонала V.I.P.-комплекса и тот факт, что, несмотря на дневное время, там было немало 
посетителей, можно предположить, что число заложников достигает ста - ста пятидесяти 
человек. Кроме того, люди, находящиеся на самых верхних этажах, фактически оказались 
отрезанными от внешнего мира, и их дальнейшая участь также непредсказуема.
- Какова ситуация в данный момент, Сергей? Что предпринимает милиция?
- Как нам сообщили, уже создан оперативный штаб для  координации действий 
"силовиков". Только что прибыло спецподразделение по борьбе с терроризмом. Но пока 
никакой активности среди сотрудников спецслужб, оцепивших здание, не наблюдается. 
Сейчас вы можете видеть, как бойцы ОМОН и МЧС перекрывают близлежащие улицы..."

- Во дела в России-матушке творятся! - воскликнул Гном, - а мне рассказывали, что 
Москва - чуть ли не самый безопасный город мира.   
  Он привстал из кресла и ногой пододвинул стоящую на полу пепельницу.
- Да так оно и есть, - его приятель, худощавый молодой человек, нажал на кнопку "Пауза" 
и, швырнув пульт на диван, тоже поднялся из-за стола. - То, что мы сейчас видели - 
случай особый, да и было это не вчера, а летом две тыщи семнадцатого. Ты тогда только 
уехал.
- Ну да, я свалил в сентябре. И сейчас, в свои тридцать два, вижу в этом только огромный 
мясистый плюс. Слушай, у тебя в доме найдется что-нибудь покрепче этого компота?
- Сейчас поищу... Я сам не употребляю, но где-то была бутылка "Бушмилс"...
- Вот это да! Пока меня не было, в России снова разрешили продавать ирландскую 
"табуретовку"? Наливай, Андрюха, наливай скорее...
- Слушай, ты в каком регионе-то хоть служишь? По телеку видел заваруху ваших на 
границе с Либерией, неужели и ты - там?
- Не, старик, Африка - это не моё... Bien... Открою тебе секрет: последние два года я даже 
толком не повоевал. После Белого Путча нас перебросили в Гайану, а там - только 
комендатура да периметр базы, вот и вся служба.
- Тоже неплохо. Сколько до гражданства осталось?
- Ещё год и два.
- Всего? Ух, ты, время-то как летит... И будешь ты, значит, настоящим французом, а звать 
тебя будут Валерий Ле... Ле Пижьон? Так будет "Голубев" по-французски?
- Сам ты пижон! Рюмки давай тащи!
  Наконец, разлив виски в пузатые водочные стопки, хозяин квартиры сделал 
неопределенный жест рукой и произнес:
- Давай, Валера, за встречу.
- За встречу, - Гном нахмурился и залпом выпил.
  Они помолчали.
- Может, музыку включим? Или телевизор? - взгляд гостя снова упал на экран TSL, на 
котором застыло безмолвное, но весьма выразительное лицо репортера. - А кстати, чего 
эти придурки потащились на двадцать второй этаж? Они что, не могли попытаться уйти 
через окна?
- На "Уровне удовольствий" есть вертолетная площадка для вип-гостей. Там бандитов 
ждал вертолет. Они загрузили в него нескольких девчонок из модельного агентства и 
пообещали выпустить по зданию ракету, если им не дадут взлететь...
- Ну, и?
- Как только вертолет вышел за черту города, его сбили ракетой "земля-воздух". Сейчас 
увидишь, тут продолжение репортажа...
- Не надо. А заложники - что? Тоже...?
- Да. Все, кто находился в вертолете, погибли.
- Слушай, какого черта мы, вообще, всё это смотрим?
- Но ты же сам хотел узнать, что интересного творилось, пока тебя не было...
- И что тут интересного? Даже мы, легионеры-наёмники, "солдаты удачи", хоть в Африке, 
хоть в Америке, хоть в Мапуту, но мы никогда не стреляем в заложников!
- Не горячись, старина, безопасность в столице как раз и держится на жестких силовых 
решениях. Иначе здесь никак: в городе - почти семнадцать миллионов жителей...
-"Безопасность"... Имена бандитов хоть установили?
- Слушай дальше. Двое налетчиков оказались, видимо, "самыми умными". Парочка 
влюбленных. Прихватили большую сумку с деньгами, сбежали от остальных и спрятались 
в лифтовой. 
- Молодцы!
- Ну да. Там четырнадцать лифтов, и лифтовая занимает почти половину технического 
этажа. 
- А смысл?
- У них был ключ. Наверное, хотели отсидеться и выбраться позднее, но их засекли. 
Омоновцы не стали устраивать стрельбу, а просто пустили в лифтовую газ, ну, и повязали 
хитрецов.
- Прямо Голливуд какой-то! 
- Не спеши. Настоящий "Голливуд" наступил чуть позже. Сейчас увидишь...
  Андрей подобрал пульт, изображение на экране ожило, но уже через секунду картинка 
сменилась.
 "Добрый вечер! В эфире новости.
  Неожиданное продолжение утренней трагедии, произошедшей сегодня в бизнес-центре 
"Новая Эра", вызвало настоящий шок не только у обывателей, но даже у опытных 
аналитиков и журналистов.
  Специальный репортаж Светланы Беловой.
- Здравствуйте. Мы находимся на улице Щепкина.
  Именно здесь сорок минут назад неизвестные атаковали конвойную машину, в которой 
перевозились задержанные мужчина и женщина, подозреваемые в сегодняшнем 
нападении на отделение Федерального банка. 
  Также был атакован транспорт сопровождения: микроавтобус, принадлежащий ОМОН 
ГУВД Москвы и БТР спецподразделения по борьбе с терроризмом.
  По словам очевидцев, дорогу колонне, движущейся с включенными "маячками", 
внезапно перегородил грузовик. Появившиеся из припаркованного к обочине фургона 
люди в камуфляжной одежде открыли шквальный огонь из автоматов по микроавтобусу, а 
БТР был практически сразу уничтожен выстрелом из ручной ракетной установки.
  Затем боевики хладнокровно застрелили милиционеров, находящихся в кабине 
"автозака", после чего очень быстро, буквально в считанные секунды, вскрыли дверь 
конвойной машины и освободили задержанных. Ещё двоих сотрудников милиции, 
находящихся внутри "автозака", нападавшие обезоружили, приказав выйти из машины и 
лечь на землю..."

- Немая сцена! Ты мне скажи - их поймали или нет?
- Да в том и дело, что никого не поймали, - Андрей снова нажал на "Паузу". - Объявили 
"Перехват", блокировали весь центр, но бойцы как сквозь землю провалились. "Сладкую 
парочку", разумеется, тоже не нашли. Вот, послушай финальные аккорды...
 "... Представитель ГУВД сообщил на экстренной пресс-конференции, что случившееся - 
результат тщательно и по-военному спланированной операции, участники которой четко 
координировали свои действия. 
  Это уже третье подобное преступление, произошедшее в столице за последние полгода. 
И так же, как и в предыдущих случаях, эксперты отмечают, что почерк преступников 
существенно отличался от "работы" обычных грабителей. 
  Кроме того, ряд аналитиков полагает, что ограбление Федерального банка 
осуществлялось боевиками так называемого "Движения Хаос" - крайне опасной 
экстремистской группировки, члены которой именуют себя "центурионами 
апокалипсиса"..."

- Что, Андрюха, вмажем по последней, да я побежал? Мне ведь ещё зарегистрироваться 
надо, и если успею, то по пути к Денисову заскочу, повидаюсь.
- Понимаю. Сколько отпуск-то?
- Да всего неделя. Завтра с утра - к родителям в Ярославль, пару дней там, а потом опять 
сюда, с вами, москвичами оторвусь как следует перед отъездом...
  Снова выпили. 
  Гном поднялся из кресла и несколько раз присел, разминая ноги. Он, и вправду, был 
похож на гнома из мультфильма: невысокий, коренастый, широкое лицо с крючковатым 
носом и идеально бритая голова. Сходство с веселым персонажем усиливали зеленые  
полосатые штаны и яркая майка "Brin d'Amour". 

  Хозяин квартиры, наоборот, выглядел немного мрачно. Длинноволосый и худощавый, в 
темно-бардовом халате с золотыми львами, он сошел бы за молодого кардинала из 
древних романов, если бы не помаргивающий из-за уха огонек сенсора "крафт-мобайл".
  Спустившись по винтовой лестнице, приятели пересекли холл первого этажа и оказались 
в полутемной прихожей, обставленной японской мебелью.
- Неплохая у тебя квартирка, стильная, - гость не спеша облачился в вельветовую крутку и 
присел, шнуруя кроссовки, - сколько платишь за неё?
- Согласно контракту, - улыбнулся Андрей. - Она того стоит.
  Покончив со шнурками, Гном медленно разогнулся, затем поднял с пола тяжелую 
спортивную сумку и некоторое время пристально рассматривал товарища, словно 
фотографируя на память.
- Ты работаешь-то где сейчас?
- Там же, у Бергмана. Голые задницы фотографирую.
- Слушай, Андрюха... Мне только не ври, хорошо? Агентство Бергмана закрыли ещё в 
прошлом году. Я был у Алика, он сказал...
- Что он сказал?
- Трес бьен, мон ами. Он сказал, ты нигде не работаешь, а живешь широко. Это твои дела, 
конечно, но я же не посторонний... Хотя бы для виду устройся куда-нибудь; сам видишь, 
какие времена настали. 
- Я вижу, амулет у тебя необычный какой-то. Полумесяц вроде... Ты что, ислам принял?
- Нет пока, просто интересуюсь. В Легионе сейчас почти все ребята - мусульмане.
- Ясно. Ну, что ж, легионер, попутного ветра! Вернешься от предков - сразу ко мне! 
Прокатимся, новую Москву посмотришь...
- Без вариантов! Давай, старик, до встречи!
  Хлопнув приятеля по плечу, Гном резко, по-армейски, развернулся и, также резко 
открыв дверь, вышел.
- Vive l'Empereur! - слова Андрея разнеслись по подъезду. Постояв ещё с полминуты на 
пороге и глядя на старинную мраморную лестницу вслед ушедшему гостю, Андрей 
вернулся в квартиру.
  Пройдя в холл, он остановился в нерешительности, затем присел на небольшой 
диванчик, вытянув ноги к камину. Через несколько секунд инфракрасный датчик камина 
мигнул, послышалась тихая музыка, а за псевдометаллической, под старину, решеткой 
вспыхнуло темно-желтое пламя искусственного очага.
 "Широко живешь". Конечно, пока ещё есть на что покупать пищу, оплачивать 
спутниковые каналы и "оптику". Но если в ближайшее время он не найдет свежий 
источник доходов, то рискует переехать из этой квартиры обратно в коттедж к родителям, 
а также весьма ощутимо изменить привычный образ жизни.
  Увы, Спайдер исчез уже почти полгода назад, а искать нового "отмывалу" крайне 
рискованно. К тому же, ставший безумно дорогим софт устаревает практически 
ежедневно...
  Воздух в холле стал постепенно нагреваться. Не хватало ещё весной, когда тёплый 
апрельский ветер улиц и без вина кружит голову, сидеть в этом прокуренном чулане и 
греться возле галогенного пылесоса!
  Андрей резко встал и поднялся по лесенке обратно в гостиную. Пожалуй, пришло время 
немного прогуляться. На этот раз это будет "Манхэттен".
  Он подошел к платяному шкафу, напоминающему вагон лондонского метро и, отодвинув 
прозрачную дверцу, стал вынимать вещи и бросать их на диван.
 "Тинг-тонг", - пискнул мобильник.
- Алло, - Андрей отошел от шкафа и присел за столик, машинально шаря взглядом в 
поисках сигарет.
- Это Синдикат Убийц? - послышался женский голос.
- Привет, Лера, не иначе кто-то решил потревожить мое бренное тело? - услуга личного 
телефонного секретаря была введена всего год назад и пока стоила недешево, но 
экономила кучу нервов и, в конечном итоге, тех же денег.
- Похоже, ты завел себе новую пассию. Почему не вносим в "белый список"?
- Не понял. Вроде бы никого не заводил. Последнее время.
- О'кей. Сейчас на линии какая-то красотка; говорит, что она - от Саши Бергмана, по 
поводу работы. Голосок такой, что я бы сама провела с ней пару часов в "биррексе" у 
Джун Бао.
- Хм. Ерунда какая-то... Хорошо, переключи.
- Йес, май лорд.
- Добрый день. Могу я поговорить с Андреем Рубиным? - низкий женский голос, 
действительно, казался необычайно чувственным и вызывал легкое беспокойство.
- Я слушаю, - он нашел, наконец, сигареты и закурил, откинувшись в кресле и в тысячный 
раз любуясь "римской" лепниной потолка.
- Меня зовут Вероника Конти, журнал "THOU", - женщина говорила с почти неуловимым 
акцентом, а имя "Вероника" произнесла с ударением на втором слоге. - Я возглавляю 
отдел "фриланс" и работаю с независимыми фотографами. Ваш телефон мне дал 
Александр Генрихович; он же заверил меня, что вы...
- Простите, что перебиваю, но, во-первых, я уже год как не работаю в "Ю-Би-Форс", а во-
вторых, насколько я знаю, Саша выехал на ПМЖ в Аргентину и с тех пор как в воду 
канул; так что дать мой телефон он вам не мог...
- Совершенно верно! Мы познакомились с ним на юбилее у Лёни Штерна, в мэрии, ещё 
год назад. Саша сказал мне: "Вот тебе номерок. Никогда и ни за что не набирай его. Но 
если вдруг когда-нибудь тебе понадобится исключительный мастер, мастер-фанатик, 
киборг-вуайерист, вот тогда - звони Рубину, и он выдавит из тебя все стереотипы. Потому 
что он - лучший".
- Он что, в самом деле, так сказал? Сколько же "кейко" он выбрал перед этим?
- Послушайте, Андрей. У меня сейчас - заказ на уникальную выездную фотосессию. 
Гонорар настолько высокий, что я не могу себе позволить рисковать и обращаться к 
обычному фрилансеру. Кроме того, обстоятельства таковы, что использование наших 
штатных операторов в этом деле также исключено. 
- Всё это звучит очень заманчиво, но уверяю вас: я точно такой же обычный фотограф, как 
и другие. Кроме того, "Ю-Би-Форс" было, по сути, не арт-студией, а детективным 
агентством или, как говорил Саша - "спецназом папараци".
- Это как раз то, что я мне нужно. Если у вас возникнет желание пообщаться со мной, - в 
этом месте Вероника сделала паузу, и Андрей почувствовал, что его еле заметное 
волнение усилилось, - на тему нашей совместной работы, а также гонорара, который 
выражается шестизначным числом, то ровно через час вы перезвоните мне, и мы 
договоримся о встрече.
  Последнюю фразу она произнесла уже с иронией, почти открыто торжествуя свою 
победу, как могут позволить себе только очень уверенные в себе люди.
  Или очень богатые люди.
  Или...
- Внести её в "белый список"?
- Что?!
- Ты чего, уснул там что ли? Когда разговор завершается, я включаюсь автоматически.
- Всё нормально, спасибо, Лера. Да, внеси её в "белый".
- Всё поняла. Чао-какао.

  *   *   *
 
  Вытряхнув из пачки ещё одну сигарету, Андрей подошел к гигантскому панорамному 
окну гостиной. 
  За толстым, чуть тонированным стеклом, сумасшедший и фантастический, 
простирающийся до самого горизонта город медленно погружался в весенние сумерки, 
растворяясь в разноцветном море из миллиарда неоновых солнц.
  Неторопливо покурив, он вернулся к дивану. Окинул взглядом разложенные по комнате 
вещи. Затем оглянулся на старинные напольные часы. 
  Восемнадцать тридцать. Похоже, сегодня прогулка в "Манхэттен" не состоится.


                                                                          - 2 -                                                                           

  Волшебный апрельский вечер. Город наступившей весны.
- Охота на настоящего птеродактиля! У вас - двухмоторный флайер и "Ричи Гудвин" с 
разрывными пулями. Приз - пятьдесят тысяч.
- Нет, спасибо.
- Внутри "Шаттла" - запасов ровно на сто дней. Вас - пятеро. Планета Земля уже 
непригодна для жизни. Один день можно обменять на двойной сэт гамма-героина. Приз - 
девяносто.
- Не нужно.
- Но там входной бонус - пять дней! К тому же, F-12 - и вы меняете напарника!
- Нет.
- Не играешь? Правильно. Умным нужна не игра. Умные ищут смерть. Федеральная 
тюрьма особого режима. Но все тюремщики уже мертвы! Теперь ты - тюремщик. Приз сто 
тысяч и... Подожди, не отказывайся! Там же, помимо "виртуалки", ещё и настоящий 
"Каскад-2"!
- Милые дамы, отойдите от машины! Пожалуйста! Я всего лишь жду друга.
- Да вы просто окно закройте, - не выдержал таксист, - а то сейчас новые набегут.
- Не набегут. Вруби "би-трайп" - и все дела. 
- Здесь нельзя.
- Тогда "сетку" погромче сделай.
- Какой канал?
- Да хоть какой, лишь бы не слышать этот галдеж.
- Значит, "Blizzard". Вот так. Вы не будете возражать, если я закурю?
- Не буду. Угости, кстати, сигареткой, приятель, - Андрей посмотрел на часы. Двадцать 
часов четыре минуты.
- Опаздывает? - улыбнулся таксист.
- Типа того, - ответил Андрей задумчиво. Он дотронулся ладонью до свежевыбритого 
подбородка. Пожалуй, стоило одеться попроще: в "каир" или ту же "bueno mizzi", но не в 
это дурацкое "экзо". Впрочем, какая разница?
 "Возьмите такси и езжайте в "Страну Дураков". В Секторе-10 встаньте где-нибудь 
поближе к "Трубе". Из машины не выходите, с дилершами не общайтесь.  Просто 
опустите стекло и ждите. В восемь вечера к вам подойдут", - именно это, перезванивая час 
назад, услышал он на авторесепте Вероники, вновь поразившись её самоуверенности.
  Сейчас уже восемь ноль шесть. Ещё минут пятнадцать - и здесь будет не развернуться: 
до открытия терминалов игровой зоны "Страны дураков" оставалось уже совсем немного.
  Внезапно таксист убавил громкость музыки.
- Добрый вечер. Не могли бы вы пересесть вон в тот автомобиль? - снаружи и откуда-то 
сверху прозвучал вкрадчивый мужской голос.
  Андрей поднял голову и увидел одетого в форму "секьюрити" молодого человека.
- Вы - от...
- Да, я - от неё. Вон, видите въезд на вип-уровень? Рядом с ним - красный "бугатти".
- Вижу. 
- Это её машина. Всего хорошего.
  Молодой человек развернулся и не спеша, поигрывая шокером, двинулся вдоль рядов 
автомобилей по направлению к "Трубе". "Десятый, десятый, что там у вас, как 
насыщение..." - донеслось из рации, висевшей у него на плече.
- Ну что ж, на сдачу можешь сыграть в "Иммортал", - улыбнулся Андрей, протягивая 
водителю бледно-желтую монету, - а я пойду, поиграю в кое-что покруче.
- Огромное спасибо. Может, вас подождать?
- Не стоит, - Андрей хлопнул дверью и, обойдя шумную компанию девиц, продающих 
игровые сертификаты, зашагал по направлению к двухдверному суперкару, ослепительно 
сверкающему под ярким светом наружных плазменных мониторов.
  Когда до "бугатти" осталось всего несколько метров, водительская дверца распахнулась, 
и навстречу Андрею выпорхнула ожившая картинка из сериала "Bitch Deluxe", этакая 
"Нефертити-2020". Черные длинные волосы, смуглое, слегка вытянутое лицо с 
припухлыми губами, "волевым" подбородком и чуть раскосыми глазами, упругая 
спортивная фигура, затянутая в ультракороткий переливающийся пиджак-хамелеон с 
эффектом "на голое тело", загорелые ноги, обутые в египетские сандалии с золотыми 
пряжками, и широкими палладиевыми браслетами на лодыжках.
- Вероника, - протянула она руку.
- Рубин, - улыбнулся Андрей, отвечая на рукопожатие. - Почему - здесь?
- Потому что один час в неделю я дерусь здесь, в "Колизее", для поднятия тонуса. И 
сегодня - как раз тот самый день.
- Вы имеете в виду тренинг "сикху"? 
- Нет. Гладиаторские бои. Я дерусь на арене. 
- И как? Нравится?
- Возбуждает, - она улыбнулась. 
- Вы хотели рассказать мне о работе.
- Да, разумеется. Прошу, - она кивнула на автомобиль.
- Куда поедем? - в салоне было настолько светло, что Андрей даже на миг ослеп. Уже 
через секунду освещение изменилось до уютного темно-синего мерцания скрытой 
"подсветки". Заиграла тихая, ритмичная музыка.
- У меня личная ложа в "Меконг Дельта". Идеальное место для беседы и заключения 
договора, - Вероника откинулась на спинку кресла и, положив руки на руль, 
вопросительно посмотрела на Андрея.
- Не возражаю, - пожал он плечами.
  Разбуженный электронным импульсом, "бугатти" взревел от восторга.
  Необычайно ловко лавируя между стоящими автомобилями и группами людей, 
движущихся к кассам игровых терминалов, суперкар на большой скорости подлетел к 
выезду из "Страны Дураков" и, едва не сбив вовремя отскочившего в сторону охранника, 
вырвался за ворота.

  *   *   *

  Огромный, подсвечиваемый со всех сторон фиолетовыми прожекторами и похожий на 
замок великанов дворец стал виден сразу же, как только автомобиль покинул 
федеральную трассу "М-4" и свернул на частный хайвей, принадлежащий комплексу 
"Меконг Дельта".
  Несмотря на название, архитектуру комплекса трудно было отнести к какому-то 
определенному и уж тем более - к азиатскому типу. Светящийся кибер-небоскреб 
окружали стилизованные под средневековые башни конструкции, служившие не то 
опорами, не то элементами дизайна, придавая строению совершенно фантастический вид.
  Не сбавляя скорости, "бугатти" крайне рискованно обогнул застывший у въезда 
"хаммер" охраны, вихрем промчался по подвесному мосту и, влетев на территорию 
гигантского крытого паркинга, резко затормозил в нескольких метрах от ограждения.
- Импоссибиле, - пробормотал Андрей. 
- Нон фермарти! Бывали здесь? 
- Пока не доводилось.
- Я не эксперт по вкусам суперэлиты, но, на мой взгляд, это один из самых лучших 
закрытых клубов столицы. Идемте.
  Они вышли.
- Внимание! Руки на капот! - проревел откуда-то громкоговоритель. - Не двигаться!
  Вероника посмотрела наверх и, увидев камеру наружного наблюдения, показала ей 
средний палец.
- И тебе - добрый вечер, - с обидой отреагировал тот же голос. - Вера, ты чуть не снесла 
"морду" "пятнадцатому". Пойми, мы же не за себя боимся, а за тебя...
  Конти поклонилась камере. Динамик отключился.
  Покинув паркинг, они миновали мультидетектор входного шлюза и вместе с другими 
гостями комплекса оказались на широкой ленте эскалатора, который неторопливо повез 
их по ярко освещенному кольцевому туннелю.
- Нам сюда.
  Один из многочисленных коридоров-ответвлений вывел их в небольшой терминал, 
заканчивающийся дверями из углеродного стекла.     
 "Приват-сервис. VIP 100".
  Сразу за дверями начинался сад. Судя по обилию небольших экзотических деревьев, 
зарослям бамбука, журчащему водопаду и поросшим мхом разноцветным камням, это был 
восточный, скорее всего, японский сад.
  Он простирался настолько далеко, насколько хватало глаз, а высоко в небе светило 
жаркое послеобеденное солнце.
  Андрей сделал несколько шагов по направлению к кусту магнолии и почувствовал, как 
под ногами хрустит гравий, а волосы слегка шевелит теплый ветерок.
- В отличие от европейского сада, где всё подчинено воздействию на наши органы чувств 
посредством цвета или ароматов, - улыбаясь, проговорила Вероника, - японский сад 
преследует только одну цель: помочь отрешиться от всего суетного и обрести душевное 
равновесие. 
- Это - стереоголограмма или "Каскад" нового поколения? Как они это делают?
- Понятия не имею. В прошлом месяце здесь был Коц-Пооп, Дворец тысячи масок. А до 
этого - "Фарго", последний звездолёт с Земли из "Искушения Ноя".
- Впечатляет. И куда нам идти?
- Следуйте за мной. 
  Пройдя по тропинке сквозь рощицу из неведомых деревьев, они остановились возле 
полупрозрачной керамической двери самого обычного мини-лифта.
- Прошу, господин Рубин, - снова улыбнулась Вероника. - Добро пожаловать в "Меконг 
Дельта".


                                                                          - 3 -                                                                           

  Ложа Конти представляла из себя просторный апартамент класса "Seven", 
стилизованный частично под римскую баню эпохи Октавиана, частично - под типовой 
пентхауз вэб-аристократии.
- Устраивайтесь, где пожелаете. Можете раздеться, вам принесут халат. Кальян, сигареты, 
кофе, коньяк? Или что-нибудь из "серого списка"?
- А неплохо живут журналисты транснациональных медиа-монстров, - Андрей последовал 
примеру Конти и расположился в одном из низких кресел у самого края мраморного 
бассейна. - Пожалуй, порцию "Белого верблюда".
- Я - не журналист, а топ-менеджер, - Вероника дотронулась до мини-сенсора на мочке 
уха, - Хиро, привет. Один "Верблюд", бутылку "Кёнджу", стакан воды. Что? Нет, пока не 
надо, - она улыбнулась, - и давай побыстрее. 
  Через полминуты серьезный, словно нотариус, загорелый мачо-официант в шелковом 
халате принес поднос с напитками, после чего бесшумно исчез.
- Итак, - Конти извлекла из сумочки миниатюрный предмет, похожий на шприц, - вы не 
возражаете? 
- Что это?
- RIM-генератор. Я должна быть уверена, что нашу беседу никто не слышит, не снимает и 
не записывает, - она перестала улыбаться, и Андрей подумал, что Вероника, скорее всего, 
немного старше, чем показалось ему сначала; лет около тридцати или чуть больше.
- Без проблем. Сейчас почти у каждого риммер в кармане. Правда, настолько компактную 
модель я вижу впервые.
- Сделано в Корее, - она положила прибор на стоящий между ними столик и взяла с 
подноса стакан с водой. - Господин Рубин...
- Можно просто Андрей.
- Хорошо. Ваше задание, Андрей, в общем-то, несложное. Нужно, чтобы вы отправились в 
Европу и сделали фоторепортаж с одной частной вечеринки.
- Всего-то? 
- Съемка, разумеется, скрытая.
- Хорошо. Продолжайте.
- Вкратце это будет выглядеть так. Существует некий закрытый клуб, который раз в год 
устраивает что-то вроде посвящения новичков. Вы будете одним из приглашенных. Ваша 
задача: заснять ритуал посвящения, а также, по возможности, всех, кто принимает в этом 
участие.
- Стандартный пакет, - усмехнулся он. - Но мне нужно знать, что это за закрытое 
общество, прежде чем я смогу принять решение. Вдруг это окажется якудза, клан 
Мадзони или какой-нибудь "Союз Датских Геев".
- А что, разве вас когда-то пугали сложные задачи?
- Ну, не то чтобы... Конечно, существуют суммы, за которые я мог бы попытаться 
проникнуть даже на субмарину Гилевича, но давать согласие вслепую, сами понимаете, я 
не стану.
  Она кивнула и некоторое время молча рассматривала лазурную воду бассейна, бесшумно 
пенящуюся у поверхности.
- Скажите, Андрей, вы когда-нибудь слышали об обществе "Суперадо"?
- Вы имеете в виду ту мифическую секту, о которой последние пару лет стали сочинять 
так много сказок? 
-"Преодолевшие" - не секта, а одно из самых влиятельных и самых загадочных тайных 
обществ нашего времени.
- Вы считаете, что они реально существуют? Кроме "сенсационного разоблачения" 
Деррика, которое ничем не подтверждается, кроме, разве что, его исчезновения...
- Они не только реально существуют, но в последнее время всё активнее вторгаются в 
мировую политику и большой бизнес. А из-за недостатка информации пресса, 
действительно, зачастую сочиняет всякую чушь.
- Из-за недостатка? Я бы сказал, из-за полного её отсутствия.
- Пожалуй, вы правы. Именно поэтому любой репортаж о "преодолевших" превращается 
сегодня в крайне дорогостоящий товар. Насколько я понимаю, Андрей, вы не видите 
ничего ужасного в моём предложении, и можно считать, что вы уже почти согласились? 
- А вот этого я не говорил! 
- Расслабьтесь, господин Рубин, - Вероника засмеялась, - мы же только начали разговор. 
  Она открыла свой "Кёнджу", но наполнять бокал не спешила, разглядывая, как жидкость 
внутри бутылки постепенно меняет свой свет, превращаясь из зеленой в оранжевую.
- Двести тысяч. Трансфером в любой банк мира. Или квазичеками с коэффицентом один-
три на любое количество счетов. И это - за пять дней работы! Что же вы молчите? Вам - 
мало? 
- Видите ли, Вероника... Возможно, я не произвожу нужного впечатления, но, увы, при 
моих расходах двести тысяч рублей это сумма, которой хватит максимум на три месяца, а 
поездка, как я понимаю...
- Двести. Тысяч. Фунтов. Настоящих, британских, вечно дорогих и вечно стабильных. 
Аванс - половина.
- Фунтов? - Андрей слегка растерялся. Машинально достав сигарету, он некоторое время 
вертел её в пальцах, прежде чем закурить. - Конечно, такая поправочка в корне меняет 
дело... Но даже в этом случае мне нужно знать все подробности, прежде чем я соглашусь. 
И кстати, ещё не факт, что я соглашусь, ведь просто так шестизначные суммы никому не 
платят. Наверняка, кроме сложностей общего характера, существует ещё немало 
"подводных камней"?
- В деле есть только два действительно сложных момента.
  Первый. Вы поедете с чужим паспортом. Он, конечно же, будет самый настоящий, со 
всеми необходимыми элементами защиты, и внесенный во все регистрационные базы... 
- Тем не менее, это незаконное пересечение государственной границы. В случае чего - 
реальный срок. А второй момент?
- Репортаж придется делать "биоксом". Иначе - никак.
-"Биоксом"? - он изобразил изумление. - Извините, Вероника, но с чего вы взяли, что у 
меня вообще есть "биокс"? Паспорт - это одно, а всякие там международные конвенции - 
это извините... Упрячут так, что мало не покажется. Поэтому в таких делах я - 
законопослушный гражданин. Увы, почти всегда.
- Послушайте, Андрей. Вы, видимо, чего-то не понимаете. Сейчас я действую не от имени 
своего журнала; я предлагаю вам частную сделку. У меня есть серьезный заказчик на этот 
репортаж, он гарантирует конфиденциальность и предоплату. Если в редакции 
пронюхают про такие дела, то федеральная тюрьма покажется мне раем, а вы тут про 
какие-то конвенции...
  К тому же, - она усмехнулась, - Бергман вряд ли бы бросил прибыльный бизнес из-за 
проблем с налоговой. При обыске в "Ю-Би-Форс" нашли контейнер с матричным 
биоволокном, так что...
- Когда у Саши начались проблемы, я уже не работал в агентстве. 
- И тем не менее...
- Ну, хорошо, допустим. Я повторяю, допустим, у меня есть микрокамера "биокс". Но при 
посадке в самолет "заряженный" имплантант элементарно засекут таможенным 
мультидетектором.
- Не засекут. У вас будет паспорт МИДа, а значит - "зеленый коридор".
- А обратно?
- Вы сбросите весь отснятый материал в интернет, на номерной "сейф-сервер", который я 
заранее арендую, затем избавитесь от "нити" и спокойно полетите обратно с пустым 
контейнером.
- У вас всё так просто. А вы не думаете,  что "преодолевшие" тоже могут использовать 
детекторы? Особенно, когда к ним прибывают новички.
- Нет, не думаю.
- Что ж. Тогда расскажите подробно. Я почти ваш.
- Сначала вы покажете мне "биокс". Прямо сейчас. - Вероника вынула что-то из сумочки, 
затем резко встала с кресла и, шагнув к Андрею, опустилась перед ним на колени, так, что 
её лицо оказалось почти вплотную к его лицу. - Первыми карты открывают джентльмены.
 - О'кей. Надеюсь, вы не из парламентской комиссии КБО...
  Андрей понял руку, несколько секунд шутливо покрутил в воздухе указательным 
пальцем, а затем резко прижал кончик пальца к крошечному родимому пятну возле левого 
глаза.
- Здесь.
  Конти наклонилась ещё ближе, и он почувствовал её запах: арома-код "L'antre", 
смешанный с благовониями, которыми натирают гладиаторов "Колизея",  а также те едва 
уловимые флюиды "джет-сет леди", образ которой она, несомненно, олицетворяла.
- Да, я вижу его, - Вероника пристально вглядывалась в родимое пятно через крошечный 
полимерный увеличитель. - Он - настоящий?
- Самый что ни на есть. Лаборатория Лебедева.
- Кто устанавливал?
- Они же. 
- Тебе было больно? - она понизила голос и посмотрела ему в глаза.
- Очень, - также шепотом ответил он и улыбнулся. - Но оно того стоило.
- Ну что ж, господин Рубин, - Вероника поднялась и сделала несколько шагов вдоль края 
бассейна, разминая затекшие ноги. - А теперь перейдем непосредственно к нашей 
истории.
  Вопреки существующему мнению, что "преодолевшие" - все, как один, 
мультимиллиардеры, утопающие в роскоши и имеющие сотни жен, можно смело 
утверждать, что всё это - просто выдумки нашего брата-журналиста.
  Разумеется, люди "Суперадо" успешны и состоятельны, но таковыми они становятся 
зачастую лишь после того, как вступают в Общество, а критерием их отбора служат 
совсем иные качества, нежели тривиальное богатство.
- Вы говорите так, будто сами входите в их число.
- Пока ещё нет, но скоро, надеюсь, войду. Вернее, вы войдете, - Конти вновь 
расположилась в кресле и неторопливо наполнила бокал пенящейся жидкостью. - Около 
полутора лет назад, на одном из интернет-форумов, посвященных оккультизму, я 
познакомилась с одним интересным человеком, который так же, как и я в ту пору, 
увлекался темами "сильной личности в двадцать первом веке",  "войной одного против 
всех" и прочим псевдофилософским экстримом.
  Пикантность ситуации придавало то, что я зарегистрировалась под мужским именем и 
общалась исключительно от лица некоего выдуманного мною персонажа, что, впрочем, 
довольно распространенное сегодня явление, и никого этим не удивишь.
  Наши почти ежедневные беседы вскоре переросли в дружбу, но так как мой собеседник 
проживал далеко за океаном, а именно - в США, то ни о каких встречах "за бутылочкой 
пива" не могло быть речи.
- А виртуальное "пивко"? Он что, ни разу не предложил вам пообщаться через вэб-камеру 
или по скайпфону?
- В том и дело, что нет. Сначала меня это даже немного напрягало, но Антон, так его 
звали, объяснил, что страдает лишним весом и не хотел бы, чтобы его внешность как-то 
накладывала отпечаток на наши, в общем-то, совершенно дружеские отношения. Беседы 
же по IP-мобайл всегда протекали строго через звуковой фильтр моего слайдера.
- То есть, он так и не узнал, что вы - женщина?
- Не узнал. Через какое-то время Антон перестал быть мне интересен, и я уже собиралась 
вежливо завершить наши отношения, как вдруг он меня просто ошеломил.
- Позвал замуж?
- Внезапно прервав одну из наших последних ночных бесед, он сказал, что его зовут вовсе 
не Антон, что он не американец, да и вес у него совершенно обычный. Он представился 
Маркусом и заявил, что является одним из самых влиятельных членов общества 
"преодолевших", после чего спросил, не хочу ли я познакомиться с кем-нибудь ещё из 
ему подобных и впоследствии, возможно, влиться в их ряды.
- О как! В газетах пишут, что членство в "Суперадо" стоит сотни миллионов евро, а 
оказывается, достаточно всего лишь притвориться мужчиной и грамотно запудрить мозги 
очередному "гуру". 
- Разумеется, поначалу я тоже посмеялась над беднягой, рисуя себе образ толстяка-
иммигранта, который тронулся умом от одиночества и серости собственного бытия. 
  Он видимо почувствовал это и сказал, что ровно через три дня Верховный Суд США 
впервые в истории вынесет вердикт об отмене результатов выборов, что, в свою очередь, 
повлечет резкое увеличение учетной ставки. Азиаты, конечно, готовы к этому, но они 
пока не знают, что ещё через несколько часов террористы взорвут здание Парламента 
Единой Африканской Унии, и переговоры по мирному урегулированию в Кот-д'Ивуар 
будут сорваны.
  Короче говоря, акции TFF, AUX, Helios, а также мелких компаний-перевозчиков взлетят 
до уровня 2018 года, если не выше.
  Я не играю на бирже из-за этих чертовых налогов, но на следующий день, ради 
любопытства, я связалась с "Арден-Центром" и попросила Гарика купить для меня TFF на 
десять штук. Он сказал, что TFF нет, зато есть Bridges, совсем бросовые, потому что из-за 
прекращения войны в Северной Африке резко снизился спрос на независимые рейсы...
- Можете не продолжать. Я помню, что творилось полгода назад на Ближнем Востоке и 
даже грешным делом думал, что всё, здесь НАТО и сломается, а они - вон что... Кстати, 
сколько вы заработали?
- Двадцать две тысячи. Не очень много, конечно, но это же - больше двухсот процентов 
прибыли за считанные дни! Если б я знала наверняка, то можно было бы положить в 
карман два-три миллиона... Еле отвязалась потом от Гарика...
- Могу себе представить. И что дальше?
- Дальше... Антон, вернее, уже Маркус, возник только через неделю. Он сказал, что 
возможность иметь и использовать информацию - ничто в сравнении с умением эту 
информацию создавать. И только тот достоин создавать её, кто преодолел в себе человека 
потребляющего и стал человеком созидающим.
  Мы немного поговорили с ним об этом, и на прощанье Маркус объявил, что готов стать 
моим поручителем и пригласить меня в круг своих единомышленников. Почему-то вопрос 
о том, хочу я этого или нет, даже не обсуждался. Меня же, как вы понимаете, в тот момент 
больше интересовали куда более земные проблемы: что ожидает "доу-джонс" и "шанхай-
композит" в ближайшие торговые сессии.
- Но спрашивать вы, наверняка, не стали?
- Разумеется. Он же, вообще, перестал касаться этой темы, к сожалению. Лишь раз, 
Маркус как-то обмолвился, что если я, как все русские, прячу деньги в "нефтянных 
облигациях", то мне стоит избавиться от них.
- Это произошло, видимо, накануне "Веселой недели"?
- Именно так. У меня нет российского гражданства, и поэтому я не имею права владеть 
национальными именными депозитами в любых видах, но его прогноз оказался 
абсолютно точен. "Нефтянные" бумаги повалились, а вместе с ними - и благополучие 
вкладчиков.
  Вскоре Маркус исчез надолго, а появился только несколько дней назад. 
  Он сообщил, что готов встретить меня и познакомить со своими друзьями, после чего 
моя жизнь обретет истинный смысл, а я смогу самостоятельно выбрать для себя любую 
сферу деятельности и любое социальное положение, какое пожелаю.
- То есть, пригласил на посвящение?
- Я задала ему этот же вопрос. Он ответил, что хотя смысл и очень близкий, он, всё же, 
назвал бы это не посвящением, а, скорее, ритуалом знакомства с новыми друзьями, 
которое покажет, насколько верным был его выбор.
- Как, впрочем, и ваш... Вы согласились?
- Конечно. В тот же день я связалась с одним человеком, который всем известен своей 
вечной скукой и который никогда не переспрашивает цену на подобные материалы.
- А Маркус?
- Маркус вновь исчез, но позавчера от него пришло короткое письмо. Он пишет, что мне 
нужно приехать в Санкт-Петербург и встретиться там ещё с одним человеком, которого 
так же, как и меня, пригласили "в гости". Этот человек сделает так, что в течение одного-
двух дней мне выдадут визу Евросоюза, после чего мы тут же вылетим в Париж, где нас 
встретит близкий друг Маркуса и отвезет к нему.
- И всё?
- В общем, да. Маркус пишет, что наш визит займет совсем немного времени - от силы дня 
три-четыре, и все расходы, он, как приглашающее лицо, разумеется, берет на себя. Вот, 
собственно, и всё.
- То есть, я должен просто встретиться с Маркусом и его друзьями, пообщаться, заснять 
всё это на "биокс" и передать вам? И за это вы платите мне двести тысяч фунтов, причем 
половину - сразу, я правильно понимаю?
- Совершенно верно.
- Ну что ж, госпожа Конти. Всё просто великолепно. Отличное предложение, легкая 
работа, высокий гонорар...
- Я что-то вас не пойму...
- А хотите, я расскажу вам, как всё это вижу я?
- Сделайте одолжение.
- Итак, я, российский гражданин, по чужому паспорту и с запрещенным во всем мире 
имплантантом в голове, выезжаю в Европу, проникаю в сообщество очень 
могущественных и опасных людей, которых боится даже мафия, чтобы записать и продать 
изображения их лиц, которые они держат в секрете. 
  При этом меня наверняка будут проверять по всем каналам, начиная от архивов ФСБ и 
заканчивая Интерполом, а мое тело просветят и прозвонят всеми известными на свете 
приборами. После чего, обнаружив записывающее устройство, удалят его самым легким 
способом - просто отрежут от туловища вместе с головой.
  Перед этим, естественно, меня спросят, кто я такой, и где живет тот умник, который меня 
прислал. Спросят так, что я вряд ли смогу им соврать, даже если захочу. Вы 
представляете, что будет, когда вас найдет Маркус?
- То есть, вы отказываетесь?
- Я? Нет, разумеется, - Андрей рассмеялся, - я не отказываюсь.
- Тогда я не понимаю...
- На чьё имя паспорт, с которым мне предстоит ехать?
- Это несуществующий человек. Понимаете, у меня есть друзья в МИДе... Так вот, там 
существует программа, по которой ежегодно фабрикуются десятки документов с "чистой" 
историей для различных целей этого ведомства. И отпечатки пальцев, и биография, и 
прочее - всё чисто. Не без помощи спецслужб, разумеется...
- Я - в курсе. Хорошо. Идём дальше. В каком виде хранятся ваши диалоги с Маркусом?
- Криптованные файлы, запись на кристаллах.
- Что ж, неплохо, высшая степень защиты. Кстати, кто-нибудь ещё на планете Земля знает 
об этой истории и наших переговорах?
- Не смешно. Это - все вопросы? - Вероника вновь приобрела свой уверенный вид, 
вероятно, не без помощи "волшебного" коктейля: её щеки порозовели, а зрачки заметно 
сузились.
- Почти. Как и когда я получу всю конкретную информацию, а также паспорт, билеты и 
прочее?
- Если мы договорились, то завтра до десяти утра вы отправите мне на телефон ваше фото, 
а уже после обеда курьер "World Inc" привезет пакет вам домой. Или туда, куда вы 
скажете.
- Можно домой, - Андрей задумчиво посмотрел на Конти, словно она была крупье, а он - 
уверенным в себе игроком. - И последний момент. Где-то в Центральной Америке 
существует такая страна - Панама. В любом коммерческом справочнике вы без труда 
найдете некую панамскую фирму, занимающуюся, по-моему, консалтингом и аудитом, 
которая называется "Rico Terra S.A". Позвоните туда и по-русски спросите, как оплатить 
смету за прошлый год. На слове "смета" включится запись с реквизитами счета в 
Кайманском Национальном банке. В течение трех суток на этот счёт должны поступить 
двести тысяч фунтов.
  Если мне удастся сделать репортаж, то я солью его на ваш сервер, но под паролем. Тогда 
вы переведете на счет "Рико Терра" ещё двести тысяч, и я сообщу вам пароль.
- Я знала, что ты будешь торговаться, Рубин, - неожиданно улыбнулась Вероника, - но я 
не думала, что ты такая сволочь.
- А кстати, госпожа Конти, почему бы вам не поехать туда самой и не вступить в 
"Суперадо" по-настоящему? Маркус же выбрал вас за ваши суждения и за вашу позицию. 
Ведь тогда вам больше не понадобятся ничьи заказы. Я спрашиваю сейчас совершенно 
серьезно. Действительно, почему?
- Варианта всего два: "я не хочу" и "я боюсь". И пока я сама не знаю, который из них 
верный. А сейчас...  Мы договорились, Андрей?
- Мы договорились, Вероника, - он поднялся из кресла и потянулся. - Искупаться что ли, 
напоследок...
  Конти вновь прикоснулась к сенсору мобайла:
- Хиро, дорогой, мне нужен тот, в синем халате. Да. И ещё... Ну, что ты, я думаю, двоих 
хватит вполне, да, спасибо.
  В помещении вновь возник недавний официант, но уже в сопровождении двух девушек в 
униформе "Jun-Zaa".
  Вероника встала, медленно приблизилась к вошедшим и вдруг, обняв официанта за шею, 
резко подпрыгнула и повисла на нем. Мачо продолжал стоять, удерживая её на руках и 
спокойно глядя прямо перед собой.
- Счастливого пути, Андрей, - проговорила Конти, - надеюсь, мы увидимся очень скоро. 
Когда мой гость устанет, - она обратилась к девушкам, - возьмёте "линкольн" и отвезете 
его туда, куда он скажет. 
  Осторожно ступая, официант с Вероникой на руках медленно покинул ложу и скрылся за 
дверью массажной комнаты.
  Проводив его взглядом, Андрей подошел к самому краю бассейна и, обернувшись, 
посмотрел на замерших в ожидании "джюн-гёрлз".
- Ну, что уставились? Дельфина в кимоно не видели?
  Не дождавшись ответа, он помахал им рукой и, не раздеваясь, рухнул в прохладную 
голубую воду.


                                                                          - 4 -                                                                           

  По мере приближения астероида, поверхность планеты Земля всё больше становилась 
похожей на разноцветный гигантский глобус из трёхмерного комикса. С каждой секундой 
она стремительно увеличивалась в диаметре, открывая всё новые и новые миллионы своих 
чудесных и неповторимых фрагментов: ослепительно синие океаны, черные, красные или 
зеленые материки, на которых явственно проступали леса, горы, пустыни...
  Вскоре показались и чернеющие города, покрытые зеленой сеточкой дикой 
растительности и прорезаемые серыми паутинками давно заброшенных дорог. 
  Пустые глазницы ушедшей эпохи. Мертвые города мертвого мира.
  Мегатонный, огненно-красный болид ворвался в атмосферу и, став от этого ещё более 
свирепым, с ужасающим рёвом зашел на свой последний виток.
  Минуту спустя колоссальный взрыв светом тысячи солнц озарил равнодушный и 
холодный космос, превратив в чудовищный водородный факел когда-то великую планету.

  Андрей открыл глаза.
  Восемь часов утра. В комнате было темно и немного душно: приехав домой глубоко за 
полночь, он едва смог раздеться и добрести до дивана - до такой степени он устал, 
поэтому "мультиклимат" так и остался не включенным.
  Андрей пошарил рукой по полу, но пульта не обнаружил.   
  Пришлось вставать. Ноги до сих пор немного гудели и не желали слушаться, но он, тем 
не менее, добрался до окна и ткнул пальцем в "OPEN". Тяжелая створка медленно 
поползла в сторону, и вместе с ревом утреннего мегаполиса в гостиную ворвался 
прохладный весенний ветер.
  Постояв с минуту возле окна, Андрей вернулся на диван и забрался обратно под теплое 
двухслойное одеяло. Но как только голова коснулась подушки, воспоминания 
набросились на него с новой силой.
  Воспоминания?!
  Пугающе отчетливая картина давно вымершей планеты, столкнувшейся с гигантским 
астероидом, вновь встала у него перед глазами.
  Синтетический "оптимизатор" NN-2014 (жаргонное название - "Укус гейши"), помимо 
легкой эйфории и растормаживания эмоциональной сферы, резко обострял 
долговременную память и вызывал парамнезию - ложные воспоминания, а также 
смешение реального и воображаемого. Но Андрею больше нравилась версия некоторых 
заядлых "психоделистов" о том, что NN-2014 способен, якобы, будить "сверхпамять" - 
наследие миллионов прошлых реинкарнаций индивида.
  Однако сейчас изучать "наследие реинкарнаций" хотелось меньше всего, и Андрей в 
который раз упрекнул себя за вчерашнюю слабость. Как он и предполагал, завершение 
вечера в "Меконг Дельта" оказалось вполне достойным: и массаж, и двойной "биррекс" с 
профессиональными "джюн", и полёт на псевдо-антиграве... Позволять себе "Укус 
гейши" явно не стоило.
  Впрочем, судя по времени, уже совсем скоро эффект "оптимизатора" должен полностью 
исчезнуть.
  Андрей протянул руку, пододвинул к дивану журнальный столик и, нашарив на столике 
сигареты, закурил, стряхивая пепел в пустой бокал. 
  Спать почти не хотелось. К тому же, растревоженная память выталкивала на поверхность 
всё новые и новые эпизоды и никак не желала успокаиваться.
  Он неожиданно вспомнил институт и начало своей репортерской карьеры: наставника 
Лёшу и первый самостоятельный материал... Друзей из "Red Quadro" - независимой 
студии экстремальных операторов, Андреаса, Энрико, Валеру-Гнома, Николь, других 
молодых фанатиков со всего мира, отважившихся противопоставить свои "дикие" 
репортажи официальной медиа-доктрине. 
  Контракты, сенсации, командировки. Кошмарная, едва не стоившая ему жизни поездка в 
Мексику, интервью, взятое в плену у психопата Матсумото, съемки "ожившего" 
кладбища Минского Института Генетики... 
  А ещё полёт на Фудзияму, когда в кабине вертолета - только он и Николь, площади и 
фонтаны весеннего Неаполя, свободное падение в нирвану настоящей любви и вечный, 
почти сумасшедший бег от обыденности... Всё это было невообразимо давно. В прошлой 
жизни?  

  Он усмехнулся. В отличие от космических катаклизмов, его молодые годы не были 
ложной памятью. Настоящую жизнь ни с чем не спутаешь и не забудешь. Как нельзя 
забыть собственную неуспокоенность и свою извечную тягу к авантюрам и авантюристам.
  С самого детства Андрея привлекали люди с "синдромом абсолютной власти". Так он 
называл тех, кто был способен противопоставить себя общему порядку, подняться над 
толпой, переступить все барьеры и выбрать свой особенный, неповторимый путь к цели. 
Цели, которая всегда масштабна, всегда шокирует и поражает воображение. 
  Личности известных преступников, террористов, лидеров повстанческих движений или 
просто "охотников за удачей" вызывали у него особый, неподдельный интерес, и даже 
сейчас, находясь в возрасте Христа, он продолжал, при случае, отслеживать их судьбы.
  Внезапно захотелось пить. Пришлось опять подниматься и, закутавшись в одеяло, брести 
к гостевому холодильнику за "нарзаном". Потом - искать этот чертов пульт. В такие 
минуты появлялось желание снова обзавестись кетч-гёрл. Говорят, на "прислугу-плюс" 
сейчас вполне приемлемые цены...
  Напившись вдоволь, он решил не возвращаться на диван, а расположиться в кресле и 
посмотреть телевизор. 
  Так и есть. Пульт валяется на полу под столиком. Первым делом Андрей включил 
потолочные вентиляторы и поднял влажность до "семерки", и только потом оживил 
монитор ТВ-станции.
  Попереключав бесцельно каналы, он выбрал в меню функцию "Поиск/запись" и ввёл 
ключевые слова: "Париж" и "Санкт-Петербург". В ожидании, пока программа закончит 
сканирование, кликнул на канал "Азия".
"- ... в течение целого года жильцы вашего дома - а их, если не ошибаюсь, всего 
восемьдесят девять человек - в любой момент могли видеть всё, что происходит в вашей 
квартире посредством почти сотни скрытых камер наблюдения?
- Да, это так. За соседями, в свою очередь, наблюдали миллионы телезрителей по всей 
стране. Правда, уже в записи...
- Скажите, что вы почувствовали, когда узнали об этом? Возникло ли у вас желание как-
нибудь отомстить организаторам шоу?
- Ещё бы! Я даже разработал целый план, как я это сделаю. Кроме того, полученный 
гонорар позволил мне стать обладателем целого арсенала всевозможных полезных вещей 
для осуществления моего замысла.
- Полезных вещей? И, конечно же, оружия?
- Разумеется.
- Таким образом, вы превратились в участника нового шоу! Действительно, проект "Убей 
их всех" стал настоящим прорывом в медиа-бизнесе и лидером реалити-драйва ушедшего 
года! Скажите, Максим, а как отнеслась к происходящему ваша жена? Ведь, насколько я 
знаю..."
  Прозвучал короткий сигнал.
 "Сканирование завершено. Найдено: 52 сюжета из раздела "Новости". Запись на 
микродиск?"
 - Этот парень, похоже, скоро станет участником шоу "Похороны", - Андрей нажал на 
пульте "ОК" и отключил трансляцию. 
  Пора уже было идти умываться, завтракать и потихоньку начинать готовиться к поездке. 
А ведь он до сих пор не отправил Веронике фото на паспорт!
 "Внимание. Диск не предназначен для записи. Пожалуйста, вставьте чистый диск".
- Больно ты умный, - пробормотал Андрей, вспоминая, что он, и вправду, забыл заменить 
диск с подборкой о "Движении Хаос", которую показывал Гному, на чистую матрицу. 
Пришлось опять подниматься и искать в секретере новую упаковку.
  А кстати. Они же вчера так и не досмотрели "Гимн отрицанию", как называл подборку 
Андрей. В своё время он сам "склеил" этот материал из фрагментов репортажей, 
интервью и различных программ, посвященных терроризму и, в частности, "Движению 
Хаос". Жаль, Гном, не оценил...
  "Движение" было одной из любимых тем Андрея. Он прекрасно понимал, что люди 
"Хаоса", скорее всего, просто зомбированные фанатики, и то, что они делают по приказу 
своих главарей, это путь в никуда. Но не восхищаться их дерзостью и 
целеустремленностью он не мог. Угон истребителя "МиГ-35", похищение миллиардера 
Сенчина, неудачное, но безумно смелое нападение на федеральный банк, взрывы, 
поджоги, ограбления...
 "Запись завершена".
  Андрей достал из системы свежезаписанный диск с новостями Парижа и Санкт-
Петербурга, которые планировал просмотреть во время приема ванны, ткнул на пульте 
"Обогрев пола" и, сняв со спинки стула халат, отправился совершать утренний туалет.

  *   *   *

  Бандероль доставили после обеда.
  К тому времени Андрей уже успел искупаться, совершить пробежку по парку и даже 
немного погонять мяч со скучающими охранниками своего жилого комплекса, 
окончательно избавившись, таким образом, от всех последствий вчерашнего вечера. 
  Сидя за рабочим столом кабинета и рассеяно внимая "постядерным" аккордам 
лондонского файрджаза, он занимался подготовкой генератора стикбо-плёнки, 
необходимой субстанции для изменения отпечатков пальцев, когда прибыл курьер.
 "На чай" вполне хватило сотни. Выпроводив юношу, Андрей прямо в прихожей вскрыл 
пластиковую коробку и достал удлиненный конверт из свинцовой фольги с приклееным 
сверху белоснежным стикером. Надписей на стикере не было.
  Он поднялся обратно в кабинет, где расположился за вторым столом, поменьше, 
стоящим у противоположной стены, на котором помимо настольной лампы находились 
лишь старинный миниатюрный ноутбук и фаянсовая пепельница.
  Итак, приступим. Андрей аккуратно выложил на столик содержимое конверта.
 "Еврокард. Виза-Платинум". 
"Дорожные расходы. Пин-код: 5555. Сумма: 20.000 евро. (вычтено из гонорара)", - 
гласила крошечная записка, приклеенная к кредитке. Надпись, судя по почерку, была 
сделана женщиной, очевидно, самой Конти. Андрей перевернул карту и прочитал имя 
владельца: "Oleg V. Prokhorov".
  Паспорт. 
  Российская Федерация. Министерство иностранных дел. 
  Прохоров Олег Валерьевич. 14 января 1987 года рождения. Город Москва.
  Теперь... Контейнер с загрузочным кристаллом для стикбо-гена. Присутствует. Очень 
хорошо. Десять минут потерпеть жжение от застывающей пленки - и на три недели 
получаем новые отпечатки пальцев, зашифрованные в паспорте двадцатизначным кодом.
  Второй контейнер. Здесь, видимо, вся необходимая информация. "Распечатать, 
прочитать, уничтожить". Как всегда. Будет сделано.
  Билет на поезд "Мегаполис-Экстра", рейс Москва - Санкт-Петербург, одноместное 
V.I.P.-купе. Отправление: сегодня, в 23.55, прибытие: завтра в 5.50 утра. Что ж, поспать, 
скорее всего, не придется. Зато никаких самолетов, и это радует.
  Впрочем, его нелюбовь к полётам была вызвана вовсе не боязнью сканирования 
аэропортовским детектором. Слова о том, что имплантант можно засечь сканером, были 
ложью, направленной на увеличение гонорара, не более. Сумасшедший Лебедев, видимо 
предчувствуя скорый запрет своих исследований, проделал очень большую работу в 
поисках универсального защитного контейнера для нити и за считанные месяцы успел 
перепробовать не одну сотню материалов.
  Камера Андрея, вживленная в его левую надбровную дугу, относилась к классу "Биокс-
3. Ультра". Она практически не содержала металлов, не являлась источником 
микроизлучений и поэтому была абсолютно неуязвима для любых известных науке 
средств обнаружения. 
  Он подключил кристалл к компьютеру. 
  "Загрузка".
  На мониторе отобразились три папки: "Маркус (переписка)", "Прохоров О.В. (краткая 
биография)", "Суперадо (общая подборка из СМИ)".
 "Отправка на печать". "Переплёт".
  Огромный, похожий на бачок для нагревания воды, профессиональный принтер, 
стоящий в углу комнаты, ожил и негромко загудел, готовясь превратить эфемерные 
мегабайты в аккуратные брошюры из термостойкой бумаги.
  Ближайшие часы придется посвятить чтению и "вхождению в образ". 
  В ожидании завершения процесса печати, Андрей активировал в ноутбуке скайпфон-
менеджер.
 "Введите желаемый для набора номер".
- Гемоглобин, - произнес Андрей в микрофон. Звуковой анализатор "задумался" на 
мгновение и, опознав кодированный приказ своего владельца, послушно отправил далеко 
за океан невидимый импульс.
  Длинные гудки.
- Здравствуйте, вы позвонили в офис компании "Рико-Терра", - произнес по-испански 
приятный женский голос. - Пожалуйста, оставьте своё сообщение после звукового 
сигнала, и мы вам перезвоним. Спасибо.
- Вадик, трубочку возьми.
  Послышалась приглушенная музыка на фоне какого-то шума, похожего на звук 
двигателя.
- Привет, Рубин, - ворчливо отозвался мужской бас, - чего надо?
- Ты, где, Вадик? Опять в Майами, в молодость играешь?
- У тебя на бороде. Говори, что хотел.
- Сегодня кто-нибудь звонил?
- Да. Часа четыре назад. Скачали реквизиты "Каймана".
- Голос какой? Мужской или женский?
- Женский. Он записан. Нужен?
- Нет. Какие ещё новости?
- Процесс мировой глобализации выходит из-под контроля.
- Вадик, я серьезно.
- И я серьезно. Денег ждешь от кого-то? Так и скажи. Сколько?
- Двести штук. Фунтов.
- Нехило. О'кей. Упадут - пришлю квик-слип, как обычно. Это всё?
- В общем, да. Поживаешь как?
- Рубин, тут меня офицер ждёт.
- Какой ещё офицер?
- Такой. Скорость я превысил... В общем, бывай здоров.
- Ну, пока.
  
  *   *   *

  Три часа пролетели незаметно.
  Сначала Андрей пролистал "свою биографию". Родился-учился, служил-торопился. Всё 
коротко и ясно, нужно только даты подучить на всякий случай. 
  Затем диалоги с Маркусом. 
  Здесь уже объем материала оказался совсем другим: он был не просто большой, а 
пугающе огромный. Хорошо ещё, что Конти заранее поработала над текстом, выделив в 
нём все ключевые и особо значимые места, а то бы Андрей не управился и за неделю.
  Основная часть диалогов, на удивление, состояла из обычного трёпа старых приятелей, 
шуток, каких-то бытовых мелочей, и лишь изредка разговоры заходили о серьезных 
вещах. Причем порой создавалось впечатление, будто каждый из говоривших не особо 
интересовался словами собеседника, торопясь излить свои собственные тезисы, как это 
зачастую бывает во время излишне эмоциональных споров.
  Тем не менее, Андрею показалось, что характер того, кто общался с Маркусом, ему 
поймать всё же удалось. И что удивительно, он сам во многом был согласен с теми 
сентенциями, которые составляли основу позиции "Олега". 
  Получается, что Вероника, если она, конечно, была искренней в диалогах, по своим 
взглядам была довольно близка к взглядам Андрея. 
  Конечно, вряд ли им доведется разговаривать на эти темы, да и вообще не факт, что они 
ещё когда-нибудь увидятся, но Андрею было приятно, что кому-то до сих небезразличны 
такие понятия, как "Индивидуальность", "Обособленность мышления", "Надличностная 
цель"...
  С Маркусом всё оказалось гораздо сложнее. Чтобы более-менее определенно говорить о 
том, что это за человек, необходимо было прочитать присланный текст полностью и 
вникнуть во все нюансы общения.
  Впрочем, Андрей особо не переживал на этот счёт. Из своего обширного опыта 
интернет-знакомств он давно усвоил, что в реальной жизни люди весьма отличаются от 
своих виртуальных "проекций". Причем даже тогда, когда ведут себя естественно и не 
стараются никого обмануть.
  И уж тем более, когда стараются.
  Вообще, странная история. Какие-то загадочные, могущественные люди вызывают к себе 
человека, даже не зная толком, кто он такой, а просто по беседам в сети. А вдруг он - 
сотрудник спецслужб, или наоборот, опаснейший псих, сбежавший из тюрьмы? 
  Ну, хорошо. Допустим, люди "Суперадо" настолько всесильны, что для них эти 
"мелочи" ничего не значат. Но кто сказал, что Маркус - один из них? Подумаешь, 
предсказал парочку биржевых кризисов... Гениальный фондовый аналитик - возможно, но 
почему сразу "преодолевший"? 
  Конечно, ещё предстоит встреча со вторым кандидатом в небожители, и тогда, 
возможно, что-нибудь удастся прояснить...
  Андрей послал бы к чертям все эти кроссворды, если бы не одно "но".
  Деньги.
  Двести тысяч фунтов вот-вот должны лечь на счет принадлежавшей ему оффшорной 
фирмы, после чего можно будет как минимум на пару лет позабыть про слово "нету", как 
поётся в известной песне. А за это время он сможет наверстать упущенное, найти нового 
кодера, "отмывалу"...
  Если же ему, чем чёрт не шутит, действительно удастся попасть на ритуал посвящения в 
"Суперадо", то тогда он - победитель вдвойне. Причем, в буквальном смысле слова.
- Подумаешь, "преодолевшие"! - произнес Андрей вслух. - Да мы сами много чего 
преодолели, чтобы бояться каких-то придурков. За двести-то штук.
- Ну, что же, Лазарус, тогда собирайся, - ответил он самому себе, поднимаясь с дивана.


                                                                          - 5 -                                                                           

  Если бы герои блокбастера "Пилигримы космоса" всё-таки осмелились основать на 
Земле собственную церковь, то, попав в Москву, они вряд ли нашли бы более удачное 
место для триумфальной пресс-конференции своего Отца - легендарного Сида Джоса, 
Великого Пророка Галактики. 
  Андрей с улыбкой разглядывал совсем недавно реконструированный Ленинградский 
вокзал, волею сумасшедших дизайнеров-футуристов превращенный в фантастический 
гибрид гигантского звездолета и вызывающего благоговейный трепет средневекового 
католического собора.
  Исполинское трехуровневое строение из мрамора, кевлара и синтетического хрусталя, 
будучи вокзалом, попутно являлось вместилищем многочисленных сервисов городской 
инфраструктуры, а также довольно крупным торговым центром.
  Выскочив из прозрачного тоннеля, эскалатор совершил очередную остановку, и Андрей 
очутился в центре просторного зала со множеством турникетов и мерцающей на 
плазменной панораме надписью: "Выход к поездам".
  В отличие от большинства бизнес-экспрессов, поезд "Мегаполис-Экстра" вовсе не 
собирался шокировать пассажиров своей скоростью и, судя по рекламируемому уровню 
сервиса и комфорта, был рассчитан на состоятельных туристов в лице влюбленных 
парочек или же просто романтически настроенных полуночников.
- Добрый вечер, - Андрей остановился возле девушки в светло-синей униформе. 
- Здравствуйте, господин Прохоров, - взглянув в протянутый билет, молодая чернокожая 
проводница ослепительно улыбнулась, словно увидела там банкноту в тысячу евро. - 
Меня зовут Таня. Буквально через минуту вы войдете в эту дверь и станете счастливым и 
беззаботным пассажиром. А пока я прошу вас, Олег Валерьевич, показать свой паспорт.
- Секьюрити-систем? - тоже улыбнулся он. - Извольте.
- Вовсе нет! Я просто хотела подсмотреть ваш адрес, чтобы однажды...
- Лучше оставьте мне свой, - Андрей решил не затягивать с ритуалом и, принимая паспорт 
назад, вложил в её ладонь заранее приготовленную сотню.
- Огромное спасибо! Пожалуйста, проходите...
- Народу много сегодня? - кивнул он на вагон.
- Кроме вас, всего один пассажир, но, возможно, в последний момент появится кто-нибудь 
ещё. До отправления - восемь минут.
- Спасибо, - он шагнул вовнутрь и внезапно оказался в полной тишине: сервис 
предполагал повышенную шумоизоляцию.
  Из четырех V.I.P. купе, которые и образовывали внутреннее пространство вагона, 
Андрею принадлежало самое первое. Напротив купе номер три, возле окна, стоял высокий 
бородатый мужчина в старомодном деловом костюме и разглядывал освещенную 
разноцветными огнями платформу.
- Здравствуйте, - сказал ему Андрей и не спеша прошел к себе в "люкс".
  Мужчина ничего не ответил, а лишь приветственно помахал рукой, не переставая 
смотреть в окно.
  Двуспальная кровать, минибар, дверь ванной комнаты, телесистема со встроенным 
компьютером... Всё это тонуло в бардовом полумраке ночного освещения и 
расслабляющей музыке "вуллз-церо".
  Андрей сделал свет поярче, бросил кейс на кровать и опустился в кресло, привычно 
раздумывая над тем, чем бы ему ознаменовать начало путешествия.
 "Уважаемые пассажиры! Скорый поезд номер одинадцать, "Мегаполис-Экстра", 
следующий по маршруту "Москва - Санкт-Петербург", через две минуты отправляется с 
четвертой платформы..."
  Сходить покурить?
  Он снова вышел в коридор.
  Бородач продолжал стоять возле окна, видимо ожидая момента, когда состав тронется.
- Ради Бога, извините, вы случайно не знаете, как здесь с курением? - обратился к нему 
Андрей. - Видите ли, я бы не хотел дымить в купе...
- Если честно, я сам впервые на "Мегаполисе"... Не понял, - мужчина вдруг улыбнулся, - а 
вас, случайно, не Андрей зовут? "Кубик-Рубик"?
  В этот момент поезд едва ощутимо тронулся, а разноцветные огни за окном ожили и 
поползли в сторону. Послушались приглушенные звуки закрываемой двери вагона, а 
затем - шаги проводницы.
- Олег. Меня зовут Олег, - негромко проговорил Андрей, делая незнакомцу 
предостерегающий знак рукой.
- Итак, господа, я полностью - к вашим услугам! Если вы хотите принять ванну, 
посмотреть свой любимый фильм, или просто собираетесь лечь поспать, вам достаточно 
сообщить мне о вашем желании...
- Скажите, не могли бы вы принести стакан минеральной воды? И если можно, 
похолоднее.
- Да, конечно, секундочку, - девушка упорхнула в свою "каюту".
- Меня зовут Олег, - повторил Андрей и кивнул на дверь своего купе, - зайдем?

- Виталий. Храмов Виталий. Не помните меня? Вы в Сибирь к нам приезжали. С вами ещё 
девушка была, Ника. Верно?
- Погодите, так вы - из Научного городка?
- Да! Ну, то есть, не совсем. Проект "Кассандра", Якушев, Вадька Зуев... Мы Девятое мая 
вместе отмечали...
- Всё, вспомнил. Вы украли мою шапку.
- Не украл! А спьяну перепутал. Ну, наконец-то признали! Только вас, всё-таки, Андрей 
зовут, а не Олег. Или вы сейчас опять - на работе?
- Да, Виталий, именно. На этой самой, проклятой работе...
- Как здорово, что я вас встретил! До Москвы ехал почти трое суток, слова не с кем 
сказать: в вагонах, в основном, военные, работяги с приисков да китайские "новые 
соотечественники". Вот, специально взял в Москве дорогой билет, думал, хоть отдохну от 
этой суеты, я ведь...
- Разрешите? - вошла Таня с подносом. -  Минеральная вода, лёд... Что-нибудь ещё 
желаете?
- Пожалуйста, принесите нам бутылку коньяка, не знаю какого, наверное, армянского... 
Есть армянский? Очень хорошо. Тогда ещё фрукты, так... - Храмов посмотрел на Андрея, - 
а вы, эээ... Олег, что предпочитаете, на ночь глядя? Может, вина?
- Хорошо. Пусть это будет "Коли Кьянти". Но только совсем немного - у меня завтра 
трудный день.

  *   *   *

- Три миллиона евро. Столько она сейчас стоит.
- Не так уж много по сегодняшним меркам. Хотя не так уж и мало. Район-то какой?
- Да самый центр. Улица Таврическая. Окна как раз на Сад выходят. Дед бы ни за что 
оттуда не уехал. А я вот... - Виталий замолчал.
- Сколько ему было?
- Семьдесят девять.
- Ого. В наш век, можно сказать, долгожитель. Послушайте, Виталий...
- Давай - на "ты"?
- Давай, - Андрей поднял бокал, - твоё здоровье! Вот скажи, почему бы тебе не остаться в 
Петербурге? Такую квартиру унаследовал, это же - знак! Уж лучше продай свою 
сибирскую хибару и перебирайся поближе к цивилизации. Сейчас везде спрос на 
психотерапевтов твоего уровня, устроишься; да и наследство, в отличие от купли-продажи 
- веское основание для получения права проживать в городе. Люди готовы миллионные 
взятки за это платить, а ты - продаешь.
- Не обижайся, старик, но боюсь, тебе не понять.
- Почему же? Ты обнажи, так сказать, проблему, и мы узнаем, понять мне или нет.
- Ну, во-первых, ты - москвич.
- И что с того?
- Андрей. Давай начистоту. Я - доктор, ты - художник. Но уважаю я тебя не за то, что ты 
художник, а за то, что ты - личность. Мы оба это знаем.
  И всё равно, живя в столице, ты становишься таким же, как они. Так или иначе. Раньше 
или позже. А москвичи сегодня - это уже не россияне, это совершенно другие люди, даже 
не отрицай.
- Нет, ну это ты загнул. Различия есть, конечно, но не...
- Ничего я не загнул! Сегодня наша страна является... тем, чем является. А Москва, 
истинное средоточие всей мощи России, я имею в виду финансы, интеллектуальную элиту 
и всё остальное, паразитически существует исключительно за счет тотального экспорта 
сырья, добываемого на всей остальной территории страны. И это даже не добыча, а какое-
то стремительное опустошение! Сколько нам ещё осталось? Пять лет? Три года?
- Извини, но я думал, ты скажешь что-нибудь новое...
- Хорошо, вот ответь, ты давно из Москвы выбирался? Я имею в виду куда-нибудь по 
стране, в провинцию...
- Дай подумать. Так...
- Вот! Ты даже не помнишь!
- А что изменилось-то? Регионы всегда жалуются, им всегда мало...
- Причем тут регионы? Москва сегодня - это совершенно обособленное государство за 
закрытой и тщательно охраняемой границей. Даже Конституция и армия у вас - свои. 
- Не обращай внимания. Это всего лишь амбиции мэрии...
- Допустим. Но ты посмотри на этот образ жизни! Сверхсовременный технотронный 
комфорт, запредельные доходы, культ круглосуточных развлечений и удовольствий. 
Плюс полный отрыв от реальности, вызываемый медиа-летаргией и "серым списком". 
- В чём-то, конечно, ты прав, но так живут далеко не все.
- Зато все стремятся к этому! Если верить сериалам "Московский разбег" или 
"Суперспайк", то Москва - это волшебный мир, населенный киборгами-паразитами, где 
пища растет сразу в куполообразных супермаркетах и где всё можно купить за 
пластиковую карточку, которая непонятно откуда взялась и неизвестно кем пополняется.
- А вот это, дружище, ты брось! Чтобы "пополнить карточку", в наше время приходиться 
ежедневно отрезать от себя лучшие куски и продавать их безжалостным упырям по цене 
китайского рубероида.
- Тоже мне, "жертва корпораций"! Ты бы знал, что творится в регионах... Там, где 
непосредственно ведётся разработка и добыча ресурсов, ещё теплится какая-то жизнь, а 
отъедешь подальше... О чем мы говорим, если четверть всего населения страны 
сосредоточена в двух городах: Москве и Санкт-Петербурге!
- То есть, иными словами, ты презираешь "зажравшуюся столичную элиту" и не желаешь 
к ней присоединяться? Понимаю. Но что тогда? Оформишь наследство, продашь 
питерскую квартиру и вернешься в Сибирь? Что ж, наверное, ты прав: родной коллектив, 
любимая работа, Научный городок...
- Да нет никакого городка. В том и дело.
- Постой, как это - нет?
- А так. Давно уже нет ничего. Ну, то есть, здания стоят, конечно, и народ там какой-то 
живет, а иногда даже в лабораториях что-то происходит, но фактически - всё, нет больше 
ни Научного городка, ни ученых; да и науки уже, как таковой, не осталось. 
  Охрана с периметров снята, Полигон зарастает, все экспериментальные блоки заварены 
арматурой. Даже страшно подумать, кто там сейчас обитает, особенно после наших 
"Трои-22" и "Кассандры". 
- Куда же всё делось?
- Куда... Проекты больше никто не финансирует. Исследования свернуты. Разъехались все 
давно. Остались только те, кому ехать некуда.
- Ничего не понимаю.
- А ты что, только проснулся? Посмотри вокруг. Весь бытовой "хай-тек" идёт из Азии, к 
тому же, он почти дармовой. Кому сегодня нужна наука? Те, кто на оборону работают, 
ещё как-то выживают, да и то, больше за счет экспорта боеголовок и систем космической 
навигации. А скоро и эту рухлядь покупать перестанут...
  Вадька, Соломин, Люба, ещё народ сейчас в Корее живут. Одно время туда впускали 
русских с ученой степенью. Жаль, недолго. Я слышал, у Зуева даже своя лаборатория в 
Сеуле, под эгидой корейского университета; там много наших работает, кто успел 
выехать. Остальные - кто куда.
- Ну, дела. А Якушев?
- Якушев? Вот это хороший вопрос. И ответ будет таким же: к нему-то я, Андрюха, и еду! 
К Анатолию свет Васильевичу Якушеву. Давай, ещё по одной.
- Давай. 
  Поезд уже давно набрал скорость, но из-за повышенной шумоизоляции вагона вместо 
привычного грохота колес на стыках время от времени доносилось лишь глухое 
ритмичное постукивание.
- А я так понял, что ты едешь только наследство оформлять. Или Якушев тоже в Питере?
- Квартиру продавать придется так и так. А Якушев... Он - далеко. Мне же деньги для того 
и нужны, чтобы к нему уехать.
- Ах, вон оно что. И куда же занесло нынче Последнего Еретика?
- В Монте-Сарро.
- Куда?
- В общем, слушай. История такова.
  Храмов слегка захмелел, а его речь стала возвышенно-пафосной.

- Монте-Сарро - это небольшой островок в Карибском море. Заморская территория одной 
великой страны. Не будем показывать пальцем.
  Так вот.
  На протяжении многих лет этот кусок земли представлял собой типичный пальмовый 
рай для богатых туристов. Я не знаю, правда ли, что там бывал Стинг, но почему-то 
американские рокеры до сих пор считают Монте-Сарро своей экзотической "Меккой".
  В общем, жилось там просто замечательно, пока не грянула беда: семнадцать лет назад 
на острове произошло мощнейшее извержение вулкана.
  Катастрофу предсказали заранее, поэтому из местного населения никто не пострадал. 
Однако лавой залило почти половину острова, и что самое печальное - его столицу, так 
что эвакуированным жителям пришлось очень несладко. Мда...
  Дома, дороги, коммуникации и вся инфраструктура Вильмута - так называется столица - 
пришли в совершенно непригодное состояние, поэтому у островитян не оставалось 
другого выхода, кроме как строить новый город.
  Конечно, метрополия выделила деньги - причем огромные - на  восстановление Монте-
Сарро и нормализацию тамошней жизни, но кризис оказался необратимым: люди начали 
покидать остров. Кто-то предпочел перебраться на соседние Антигуа и Барбуду, а кто-то - 
и в Европу, на "историческую родину"...
- Подожди. Кажется, я начинаю припоминать. Году, по-моему, эдак в две тысяча седьмом 
какой-то наш местный деятель даже организовал движение "Спасём Монте-Сарро". Не 
помню, чем закончилось, но вещал он проникновенно, в новостях показывали.
- Чем закончилось? Ничем, конечно же. Нет, ну, разумеется, желающих поехать на остров 
и поселиться там, получив гражданство "золотого миллиарда", набралось немало. Да и 
выехать из России в те годы было ещё относительно легко...
- Да уж, помню то времечко...
- Но в итоге глобалисты из метрополии предпочли наблюдать медленную смерть Монте-
Сарро, а через шесть лет - и вовсе упразднить колонию, вместо того, чтобы спасти её, 
решив проблему одним росчерком пера. Ты представляешь, они не впустили ни одного 
нашего иммигранта! 
- Я так и думал. Мне всегда казалось странным, что обычно расчетливый и прагматичный 
Запад при слове "русские" тут же теряет рассудок, упуская при этом очевидные выгоды. 
- Ничего не поделаешь, вековые стереотипы. А ведь русский иммигрант для них, по сути 
- бесплатное решение любых проблем; к тому же никакого тебе культурного наследия и 
никакого экстремизма.
- Увы, ты прав, - грустно усмехнулся Андрей. - Полная наша разобщенность для 
англосаксов как подарок: быстрая ассимиляция. 
 - В общем, как бы то ни было, Монте-Сарро полностью эвакуировали, а затем продали 
международной корпорации "Си-Эм-Джи". Слыхал про такую?
-"Клон-Матрикс"? Кто ж про неё не слыхал. Но ведь их же, вроде, давно запретили?
- Запретили любые исследования  в области клонирования, но кто запретит генную 
инженерию и изучение высшей нервной деятельности? К тому же, проконтролировать 
лаборатории, расположенные на далеком острове, согласись, не так-то просто.
- Пожалуй, ты прав. Но причем здесь Якушев?
- Сейчас расскажу. Только вот ещё немножко коньячку...
  Андрей обратил внимание, что Храмов пьёт, почти не закусывая. Скорее всего, в 
ближайшие полчаса их классическая вагонная беседа завершится сама собой. Впрочем, 
действительно, пора бы отдохнуть...
- Год назад Якушеву каким-то образом удалось выехать в Евросоюз. Там он встретился с 
представителями "Клон-Матрикс", и они предложили ему возобновить эксперименты по 
поиску "ментального поля", только уже - в составе их группы.
- Постой, но ведь он же сам когда-то утверждал, что "ментальное поле" - это чушь 
собачья...
- Когда-то утверждал. Однако чтобы знать наверняка, что человеческий мозг ничего не 
излучает, нужно исследовать абсолютно все виды излучений, существующие в природе. А 
разве такое возможно, в принципе? 
- То есть, Якушев вновь уверовал?
- Да погоди ты язвить! Понимаешь, главной ошибкой экспериментаторов было то, что они 
искали излучение, присущее любому мозгу. То есть, обнаруживая некое подобие "волны" 
у одного индивида и не найдя такой же "волны" у другого, они констатировали 
отсутствие результата и принимались искать в другом направлении. 
  Тем более, что даже у того, кто во время опыта излучал импульс, эффект мог легко 
исчезнуть уже через несколько часов. Вот и думали, что всё это - "глюки" аппаратуры 
или влияние посторонних факторов.
- По-моему, нормальный научный подход, разве не так?
- Вот! Именно в этом-то и кроется вся соль! - Храмов привстал с кресла, торжествующе 
глядя на Андрея. - Сейчас ты всё поймешь. Ты знаешь, что такое "инферно"?
- Инферно? Вроде бы это одно из названий преисподней. А причем тут...
- Инферно - это вселенское зло. В древности считалось, что его носителями являются 
служители ада. Оказывается, нет: у каждого из нас есть своё, персональное инферно!
- Послушай, старик, по-моему, мы с тобой засиделись...
- Да брось, Андрюха, я вовсе не настолько пьян, как ты думаешь... Так вот. Персональное 
инферно - это человеческая агрессивность, бессмысленное желание творить зло, слепое 
упрямство дикаря и страх. Страх тьмы и небытия. Страх смерти.
  Несмотря на то, что инферно живет в каждом человеке, на свете существует немало тех, 
кто способен противостоять этому злу и даже изгнать его из своей души. Мозг именно 
таких людей и оказывался генератором некой загадочной ауры, которую Якушев время от 
времени засекал своими приборами.
- Что ж, теперь я понимаю, почему его называют Последний Еретик. Получается, что 
достаточно сделать доброе дело и сразу начнешь светиться в профильном мониторе 
светом праведника и носителя концепции "новой биофизики". Что ж, неплохой индикатор 
добра и зла. Ай да Якушев!
- Ты зря веселишься. Это едва уловимое излучение, которое и излучением-то назвать 
нельзя, а так, флюиды, тем не менее, фиксируемые аппаратурой, почти всегда 
обнаруживается у людей с развитым интеллектом и активной жизненной позицией, а 
кроме того - у детей, добровольцев "Армии Спасения" и служителей культа.
- Постой. Ты что, всё это - серьезно? 
- Абсолютно.
- Праведники "светятся" в индикаторе Штольца?
- Если отбросить твою дурацкую иронию, то примерно так оно и есть. 
- Нет, ну ты это брось. Агрессия - неотъемлемая черта человека. Без неё он никогда бы не 
стал "венцом творения", а до сих пор сидел бы на дереве и жевал неспелые бананы да 
кислые яблоки!
- Не путай душу и яблоки! Речь идет вовсе не о биологически обусловленной агрессии, 
направленной на борьбу за выживание и не о злости или азарте человека-исследователя.
  Я говорю о другом. Об изначальном вселенском зле, которое иррационально, 
деструктивно и не является частью человеческой природы.
- Неужели ты говоришь о Дьяволе? Ты, учёный?!
- Да причем тут Дьявол! Впрочем, какое, вообще, значение могут иметь термины? Ты 
только вдумайся: человеческий мозг способен порождать волны, а мы, люди науки, 
можем влиять на эту способность!
- Интересно, как это Якушев повлияет на чье-то персональное инферно, если оно, как ты 
говоришь, даже не часть человеческой природы?
- Так вот именно поэтому он и вызвал меня!
- То есть, влиять будешь ты?
- Во всяком случае, то, чем я занимаюсь, очень близко к понятию "изгнание инферно". 
Этакий научный экзорцизм. 
  Проходя мою терапию, пациенты, под гипнозом или без него, на довольно долгое время 
избавляются от многих неприятных вещей внутри себя, в том числе - и от совершенно 
чуждого им зла. Я надеюсь, ты ещё помнишь, насколько успешными были мои сеансы?
- Разве такое можно забыть? "Приговоренный к пожизненному заключению Лога Смерть 
добровольно жертвует больным все свои органы!" Не репортаж - бомба! Жаль только, 
результат твоего воздействия не вечен... Хорошо, и чем же конкретно ты собираешься 
заниматься на Монте-Сарро? - Андрея уже клонило в сон, и он искал подходящий повод 
закончить беседу.
- Ты прав, исцелить раз и навсегда - нельзя. Если бы мы знали способ проникать в самую 
глубь долговременной, а ещё лучше - генетической памяти, мир бы избавился от 
множества психических расстройств... - Виталий замолчал, глядя куда-то вдаль. - А у 
Якушева я буду заниматься тем же самым: лечить людей и очищать испытуемых от их 
персонального инферно. 
  Ведь сейчас у меня в руках - просто уникальные разработки нейро-лингвистического 
воздействия, можно сказать, волшебные тексты, внимая которым человек почти 
гарантированно избавляется от зла и агрессии на весьма ощутимый промежуток времени...
- Ну, хорошо. Это я понял. Ты будешь делать из людей праведников, а Якушев - измерять 
толщину нимба. Но зачем всё это нужно "Клон-Матрикс"? Неужели они задумали 
клонировать самого Мгангу Сапфира? 
- Старик, мы говорим сейчас об очень серьезных вещах! 
  Руководство "Си-Эм-Джи" считает, что недавняя, вызванная бесконтрольным 
производством клонов мировая катастрофа, которую едва успели предотвратить, стала 
возможной именно из-за отсутствия полной идентичности разума "биологической 
модели" с разумом прототипа. 
  Вот они и желают добиться полной идентичности, используя опыт многих учёных, в том 
числе и опыт Якушева.  Возможно, они решили, что мозг клона обязательно должен 
излучать "волну".
- "Добрые" клоны? Ну-ну... Слушай, Виталик, пожалуй, я лягу поспать, не возражаешь? А 
то завтра, на самом деле, сложный день.
- Ради Бога, чего ж сразу не сказал? - Храмов нетвердо поднялся. - Но учти, Андрюха: 
инферно становится всё больше, а их - всё меньше!
- Не понял. Кого - их?
- Людей. Тех, у кого душа осталась. Кто, как ребенок, способен разумом своим порождать 
"волну"...  Их всё меньше и меньше! И ни я, ни Толя Якушев - никто из смертных уже не 
в силах это остановить... А знаешь, что будет, когда вообще ни одного не останется?
- Догадываюсь. "Бритиш Петролеум" упадут на тридцать пунктов?
- Эх, "Рубик"... Цинизм москвича убил в тебе поэта... Хорошо, хорошо! Ухожу!

  *   *   *

  Андрей уже расправил постель и собирался ложиться, когда дверь его купе вновь 
приоткрылась. Храмов был явно пьян, без пиджака, и выглядел совершенно разбитым.
- Знаешь, Андрюха... Иногда мне снится очень странный сон. Я вижу, как на Землю падает 
огромный метеорит. Затем удар, взрыв... Вспышка до того яркая, что я просыпаюсь...
Но самое страшное не это. Страшно то, что планета пуста. Нет ни людей, ни животных, ни 
птиц. Только мох и трава. И призраки...
И черные пятна городов.
Мертвых городов мертвого мира.

 
                                                                          - 6 -                                                                           

"Феномен Санкт-Петербурга до сих пор не разгадан.
  Попадая сюда впервые, ты оказываешься беззащитным перед этим городом. 
  Он велик и страшен.
  Он бьёт тебя по нервам, вгоняет в беспричинную тоску своей потусторонней 
энергетикой, и, очнувшись в очередной раз где-нибудь на пустынной набережной, стоя 
под холодным дождем, близкий к самоубийству, ты задаешься вопросом: "За каким 
дьяволом я сюда приехал?" 
  Но уже через неделю, так и не успев понять, в какой именно момент случилась чудесная 
метаморфоза (быть может, во сне?), ты шепчешь: "Любимый Питер, куда бы не бросила 
меня злая судьба, отныне я - навсегда с тобой!" 
   Вечное очарование Петербурга. Отель "Пушкинъ". 
   Люксы от 900 евро".

  Андрей положил буклет обратно на стойку и направился к свободному турникету 
"Миграционного контроля".
- Цель поездки?
- Служебная. 
- Время пребывания?
- Две недели.
  Даже не взглянув на фото, офицер сунул паспорт в инфракрасный "чекер" датчика 
мультиконтроля, одновременно нажимая на клавишу "Открыто".
- Проходите. Следующий.

  Ну, вот и Питер.
  В это время года по утрам здесь уже достаточно светло. Поэтому, покинув сумрачный 
терминал Московского вокзала и оказавшись, наконец, в бурлящем океане мегаполиса, 
Андрей на мгновение даже слегка ослеп.
  Прямо перед ним раскинулась площадь Восстания, над которой, ярко-красный и 
неописуемых размеров, величественно парил рекламный цеппелин "PRADO", а рядом 
дышала, ворчала и гудела шумом сотен автомобилей знаменитая Лиговка.
  Сначала - традиционная прогулка по Невскому. Может быть, до Гостинного двора, 
может, до "Палас-Отеля", а может, и до Зимнего. В этом городе всё всегда зависит от 
погоды.
  Следуя примеру лондонской Оксфорд-стрит, автомобильное движение по проспекту 
запретили несколько лет назад, но, несмотря на это, Невский был чрезвычайно оживлен. 
  Разглядывая пёстрый людской поток, Андрей пытался определить, что означает для 
большинства прохожих сей утренний час: начало дня, или, наоборот, его завершение, ибо, 
как известно, Санкт-Петербург - город ночей. 
  Этот бесспорный тезис отчасти подтверждался обилием на улице молодых людей в 
длинных черных рясах с капюшонами, придающих толпе экстравагантный средневековый 
оттенок. Очевидно, так и не прижившийся в Москве стиль "транс-готика", в Питере, 
наоборот, встретил гораздо большее понимание.
  Впрочем, как раз сейчас капюшон оказался бы весьма полезной частью одежды: 
вкрадчиво и почти незаметно заморосил мелкий противный дождь.
  Андрей вспомнил один из недавних "прожектов" питерской мэрии, который довольно 
долго мусолили в прессе: застеклить сверху всю центральную часть Невского, превратив 
его, таким образом, в проспект-оранжерею. Несмотря на полную бредовость такой затеи, 
нельзя было не увидеть в ней некоторого очарования, так свойственного фантазиям 
ценителей "джакарты" и гамма-героина.
  Что ж, придется всё-таки ехать в отель. Тем более, что до встречи со вторым 
"избранником" оставалось не так уж много времени, и нужно было успеть подготовиться.
  Андрей свернул на Набережную Фонтанки и, с трудом отогнав назойливого велорикшу, 
поймал такси.

  *   *   *

 "Привет, Олег. Извини, что пропадал - были срочные дела.
  В прошлый раз я обещал поговорить о тебе со своими друзьями. Так вот, разговор 
состоялся, и теперь я с радостью сообщаю, что могу пригласить тебя к себе в гости. 
  Уверен, что наша встреча изменит твою жизнь и станет новой отправной точкой на пути 
к дальнейшим свершениям.
  Чтобы избежать лишних проблем, связанных с поездкой, я предлагаю тебе ехать не 
одному, а вдвоем, вместе с человеком, также приглашенным одним из моих друзей. Он 
поспособствует скорейшему получению виз Евросоюза, а кроме того, я думаю, вам будет 
о чем поговорить.
  Встреча состоится 14 апреля, в 14.00 на Исаакиевской площади в Санкт-Петербурге. По 
приезду в город купи одноразовый мобильник. За пять минут до встречи сбрось его номер 
на мой е-майл и, находясь на площади, ожидай вызова. Звонящий назовется именем 
"Дарк" и объяснит, как его узнать.
  Получив визы, вылетайте в Париж. Мой друг встретит вас в аэропорту и проводит ко 
мне.
  Во время поездки не думай ни о каких сложностях и уж, тем более, не думай о расходах.
  До встречи. Маркус".

- "Предлагаю ехать не одному", - хмыкнул Андрей. - Больше похоже на "за тобой 
присмотрит наш человек". Что ж, сыграем.
  Переключив слайдер в режим ожидания, он посмотрел на часы.
  Время 13.40. За окном - всё тот же тихий мелкий дождь.
  К столу неслышно приблизился юноша-официант. 
- Вам понравился наш "Гунбао"?
- Что? А, ну да. Очень вкусно; соус только показался мне чересчур острым, а так - 
вполне... Счёт принесите, пожалуйста.
- Одну минуточку.
  Небольшое уютное кафе на Вознесенском, всего в минуте ходьбы от Исаакиевской 
площади, оказалось как нельзя кстати: приехав на сорок минут раньше положенного 
времени, Андрей успел уже сто раз проклясть и сумасшедшего таксиста и эту не по-
апрельски холодую питерскую погоду.
  Он закурил и принялся рассматривать посетителей заведения, которых, несмотря на 
обеденное время, было не так и много: кафе явно не относилось к категории дешевых.
  Его внимание привлекла довольно странная пара, мужчина и женщина, обедавшие за 
столиком в самом углу зала и частично скрытые от посторонних взглядов декоративной 
перегородкой.
  Слегка полноватый, очень ухоженный и напоминающий конгрессмена мужчина лет 
сорока пяти сидел неподвижно, опустив глаза и положив руки к себе на колени. Одиноко 
стоявшая перед ним тарелка была абсолютно пуста.
  Его молодая спутница, напротив, вела себя весьма оживленно: не переставая есть из 
расставленных перед ней небольших тарелочек, по-видимому, "фиесту", она умудрялась 
смеяться и разговаривать, при этом энергично жестикулируя. Андрей сначала подумал, 
что её речь обращена к мужчине, но затем по выражению лица дамы понял, что она 
беседует по телефону.
  Вместе они напоминали "Жютель и её робота" из одноименного порнофильма, с той 
лишь разницей, что подошедший к их столику официант подал счет не "хозяйке", а её 
неподвижному "сателиту".
  Тот ненадолго ожил, доставая бумажник.
  Андрей усмехнулся, глядя, как официант аккуратно, двумя пальцами, берет протянутую 
мужчиной кредитку и вставляет её в "ридер", в то время, как женщина продолжает 
говорить, не обращая ни на кого ни малейшего внимания.
  То, что произошло через минуту, позабавило Андрея ещё больше. 
  После того, как официант отошел, дама вдруг перестала болтать и с изменившимся, 
неожиданно злым лицом что-то отрывисто сказала "конгрессмену".
  Мужчина тотчас вскочил, обошел стол и присел на корточки рядом со своей леди, 
которая вновь заговорила по мобильному.
  Не в силах сдержать любопытство, Андрей приподнялся из-за стола и, делая вид, что 
ищет глазами официанта, бросил сверху быстрый взгляд, пытаясь увидеть, чем же, всё-
таки, занят "конгрессмен".
  Так и есть. Склонившись почти до самого пола и тряся от усердия головой, мужчина 
самозабвенно натирал сапоги своей спутницы свернутой белоснежной салфеткой.
  Уже через минуту, вежливо попрощавшись с дамой, он поднялся и, не выпуская 
салфетки из рук, спокойно и ни на кого не глядя направился к выходу.
  Сквозь цветное, мутноватое стекло было видно, как, оказавшись на улице, он подошел к 
услужливо открытой водителем дверце величественного, словно авианосец, золотого 
"майбаха".
  Проводив взглядом отъезжающий лимузин, Андрей посмотрел на часы. 
  13.53. Пора отправлять сообщение.
  Он активировал слайдер и уже собирался открыть почту, но, услышав в двух шагах от 
себя странный звук, поднял голову.
  Закончив, как трапезу, так и, видимо, свой бесконечно долгий разговор, "леди-босс" 
встала из-за стола и, непривычно громко стуча коваными набойками каблуков, 
проследовала к выходу.
  Удивительно хрупкая и невысокого роста, она больше не напоминала Андрею Жютель, а 
походила, скорее, на "Железную Фею" из рекламы дезодоранта "VARG": светящаяся 
татуировка на шее, едва прикрытая широким платиновым ошейником, короткая черная 
куртка из прорезиненной биолайкры, черные, почти невидимые латексные шорты и, 
наконец, совершенно невозможные, высоченные сапоги из "ртутной" кожи с тяжелыми 
цепями вокруг щиколоток.
  Всё это, в сочетании с ультракороткой стрижкой иссиня-черных волос и платиновыми 
кольцами пирсинга на "изможденном" удовольствиями каменном лице молодой особы, 
давало исчерпывающее представление о роде её занятий.
  Отдав "Фее", таким образом, последнюю дань своего внимания, Андрей вернулся к 
слайдеру.
  13.55. 
  Загрузка. Ввод текста.
 "Сообщение отправлено".
  Он бросил на стол три сотенных банкноты и, не дожидаясь сдачи, вышел на улицу. 
  Моросящий дождь, лишь в первое мгновение показавшийся освежающим и приятным, 
вызвал новую порцию отвращения к пешим прогулкам, но Андрей только ускорил шаг.
  Достигнув площади, он продолжал идти в сторону памятника Николаю Первому. В 
кармане еле слышно звякнул одноразовый "мобильник".
  Андрей остановился и поднес телефон к уху.
- Я слушаю.
- Говорит Дарк, - голос оказался неожиданно женский, - обернитесь. Так. Теперь 
посмотрите на левую сторону улицы. Видите серебристый "пежо"? На каплю похож.
- Вижу.
- Подходите. Я - внутри.
  Андрей развернулся и пошел почти в обратном направлении, зажмуриваясь от внезапно 
поднявшегося ветра.
  Вот и "пежо". Кто бы ни находился в автомобиле, он однозначно окажется добрее этой 
ужасной погоды.
  Сделав сосредоточенное лицо, Андрей распахнул пассажирскую дверь и уверенно влез в 
салон, но в следующую секунду, повернувшись к водителю, рассмеялся от 
неожиданности.
  За рулем сидела "Железная Фея".

  *   *   *

  Но она ли это?
  Гипноз? Обман зрения? Параллельная реальность?
  Со статуи сорвали маску. По-детски наивное выражение лица с искренним удивлением и 
неподдельным интересом в широко раскрытых, слегка округленных глазах. Чуть 
приоткрытые губы в доброй и одновременно смущенной улыбке, которую не портили ни 
черный жемчуг пирсинга, ни ядовитая фиолетовая помада-хамелеон.
- Здравствуй. Меня зовут Ольга. А тебя?
- Меня - Олег, - он не сводил с неё глаз, памятуя, что "преодолевшие" относятся друг к 
другу исключительно как любящие братья и сестры. - Я так рад тебя встретить...
  Она вдруг перестала улыбаться и, протянув руку, прикоснулась к его лицу.
- Если бы ты знал... - её пальцы чуть дрожали. - Если бы ты мог знать...
- Ты можешь рассказать мне всё, что пожелаешь, - Андрей готов был поклясться, что она 
не играет и на самом деле очень взволнована. Эффект нарко-файла? Не похоже. Неужели 
они настолько верят?
- Ты прав. Нам нужно поговорить, - Ольга снова улыбнулась. - А сейчас - добро 
пожаловать в мой город.
  Она завела машину, и "пежо", плавно вырулив с обочины, влился в поток автомобилей.
- Куда едем? - Андрей старался выглядеть спокойным и доброжелательным.
- Не знаю. Просто едем. Хотя, если не возражаешь, можно ко мне. Ты где остановился?
- В "Темном Кристалле". 
- И как там?
- Со времени последнего визита ничего не изменилось. Всё тот же техно-стиль. "Эрос" с 
примесью "Швеции", псевдопрозрачные стены, горничные в нацистской форме и цены, 
заоблачные, как в Шанхае. Но зато тихо.
- Понятно.
  Выехали на Московский проспект. 
  Андрей с удивлением обнаружил, что начинает чувствовать себя комфортно и уверенно. 
От того, что ощущает рядом с собой человека, которому по-настоящему интересен?
- Ольга...
- Что?
- Может быть, действительно, поедем к тебе?
- Мы и так едем ко мне.
- У тебя дома найдется кофе? Я сегодня спал всего три часа.
- Сейчас домчимся, я тебя сфотографирую, заполним визовую анкету, да ложись спать, а 
разговоры отложим, какие проблемы?
- Нет, как раз спать я бы не стал. Лучше, наоборот, взбодриться.
- Кофе, душ, есть шлем с "макро-рейсингом", да всё что угодно, можно даже "джакарту" 
на дом заказать, если хочешь...
- Я видел тебя в кафе.
- Что? В каком кафе?
- Десять минут назад. На Вознесенском.
- Да? Я тебя не заметила...
- С тобой был человек. Кто это?
- Да так... Никто. Айвэн Хэтфилд. Он же - Ваня Капюшон. Только почему ты решил, что 
он - человек?
- А кто же он? Андроид?
- Единственная человеческая деталь у Хэтфилда - это его британский паспорт. В 
остальном он редкое животное и психопат.
- Я заметил, он выражал к тебе... почтение.
- Для того, чтобы иметь возможность "выражать почтение", причём, делать это раза в три 
дешевле, чем у себя на острове, они прилетает сюда почти каждый месяц. Ты уверен, что 
хочешь обо всём этом слушать?
- Извини, я просто подумал...
- А вот извиняться не надо! - она засмеялась. - И вообще, может ли эта пыль иметь какое-
то значение, если через пару дней мы станем жителями другой планеты?
- Ты права, хотя я бы пока не спешил с прогнозами. К тому же, именно "пыль" создала 
нас такими, какими мы стали, разве не так?
- Знаешь, почему мне сейчас так хорошо? Впервые за долгие месяцы я слышу, наконец, 
осмысленную речь! Разве с этим могут сравниться какие-то "Каскады" или афродизы? 
  Возле Парка Победы "пежо" ждала огромная пробка. Автомобиль резко замедлил 
скорость и переместился в крайний левый ряд, почти заезжая на свободную полосу 
экстренных служб.
- Неужели тебе настолько не хватает общения?
- А почему, собственно, мне должно его хватать? Большую часть свободного времени я 
провожу в "паутине", но разве лазерные сети в состоянии сделать людей ближе? 
- Ближе - нет. Зато какая скорость "закачки"!
- Кстати, - усмехнулась она в ответ, - где ты, вообще, увидел людей? Неужели ты 
думаешь, что этот бессмысленный цикл, который почему-то называют жизнью, внезапно 
стал превращать обратно в человека своих обычных номерных V.I.P. потребителей?
- Но у каждого - свой "цикл"...
- Свой? "Плазма" офисного монитора - карта "ВИЗА-Даймонд" плюс тридцать штук 
"кэшем" - наручники, кровь и похоть виртуальных нейро-игрищ - а утром снова на 
работу...
- Я вижу, ты не очень-то любишь индустриальное общество...
- А за что мне его любить? Я долго была чьей-то вещью, но когда, наконец, я смогла 
преодолеть собственную духовную смерть и деградацию, то чего добилась? Умения 
обращать в "вещи" других живых существ, назвать которых людьми у меня никогда не 
повернется язык!
  Несмотря на патетику и страстность своей речи, Ольга выглядела вполне 
непринужденной и расслабленной. 
- К тому же, я вовсе не считаю российское общество индустриальным, - добавила она, 
заставляя автомобиль продвинуться на очередные пару метров. - Скорее, это общество 
"Безумного Макса", только с гигабайтами виртуальной нирваны вместо бензина...
- В чём-то ты, пожалуй, права... Мы - дикари на вечном "велфере" корпораций. 
- Который очень напоминает рэкет.
- Разумеется. Если бы Мганга Сапфир захватил базу с тактическими ракетами, то 
"свободный мир" начал бы покупать у него ракушки с той же поспешностью, с какой 
сегодня он покупает у Кремля бесполезный плутоний. Лишь бы не нарушить шаткого 
равновесия на скользком краю ядерной пропасти... - Андрей воспроизвел одну из 
сентенций, подчерпнутой из "наследия Конти". Подобно массонам, "преодолевшие", а 
также кандидаты, гораздо чаще беседуют о "значительном", нежели о "пыльном".
  Словно прочитав его мысли, Ольга вдруг опять рассмеялась.
- Боже мой, Олег... Мы говорим о такой банальщине!
- Что ж, давай, обсудим сериал "Маняша Фог - королева вечеринок".
- Нет, - вновь становясь серьезной, она сосредоточено разглядывала безнадежный поток 
машин впереди, - я хочу рассказать тебе о своей жизни. Но сначала... Давай уедем отсюда!
  Протянув руку под панель, Ольга щелкнула там невидимым тумблером. В то же 
мгновение истошно взвыла сирена, а по глазам ударило ярко-синим светом проблескового 
маячка.
 "Пежо" резко вырулил на пустую "милицейскую" полосу и, газанув, начал стремительно 
набирать скорость.

    
                                                                         - 7 -                                                                           

  Вопреки его ожиданиям, Ольга жила в одном из самых обыкновенных двухподъездных 
питерских домов, классической, ещё 50-х годов прошлого века, "сталинской" застройки. 
  Её квартира, расположенная на последнем этаже дома, напомнила Андрею его 
собственное жилье, поэтому, несмотря на весьма приличную площадь и явно свежий 
фулл-ребилд, воображение не поразила. 
  Часа через полтора, покончив с фотографированием, сканированием и визовой анкетой, 
они расположились в "обсерватории" - огромной, засаженной цветами и совмещенной с 
лоджией комнате с куполообразным полупрозрачным потолком.
  Между тем, переменчивая погода за окном преподнесла новый сюрприз: тучи исчезли, а 
на небе появилось яркое апрельское солнце. 
  Допив очередной кофе, Андрей с трудом выбрался из низкого массажного кресла и 
подошел к огромному, стоявшему у самого окна, древнему телескопу.
- Вот так прибор! Он - настоящий?   
- В общем, да. Лазерный "цифровик-сотка" с инфракрасным осветителем, но стилизован 
так, что от "Цейсса" почти не отличить.
  Лежа на широком, подвешенном к потолку диване и закинув ноги на подлокотник, Ольга 
разглядывала Андрея, время от времени прикладываясь к мундштуку стоявшего на полу 
персидского кальяна-наргиле.
  Сменив доспехи безжалостной кибер-стервы на махровый фиолетовый халат, она 
совершенно преобразилась и выглядела ещё более миниатюрной и удивительно 
домашней.
- Иногда, когда мне становится особенно скучно, я включаю телескоп и рассматриваю 
ночной город. Порой удается поймать совершенно потрясающие сюжеты.
- Ты живешь одна? - Андрей прильнул к окуляру "цифровика", но увидел лишь тьму 
отключенного дисплея.
- Сейчас - да. Одно время здесь ещё жила моя кетч-гёрл, но примерно полгода назад я 
неожиданно начала испытывать привязанность к ней и расторгла контракт. 
- Ого, получается, я не один такой чувствительный! Я уволил свою кетч ещё прошлым 
летом. Непонятно почему, но мне вдруг стало страшно хотеться избить её, хотя 
придраться было совершенно не к чему...
- Дело не в тебе. Это всего лишь естесственный подсознательный протест личности при 
виде абсолютного повиновения. Впрочем, у подавляющего числа клиентов "Кетч-клуба" 
таких проблем никогда не возникает... 
- Догадываюсь.
- А ещё у меня живёт Чопи. 
- Кто?
- Чопи! - Ольга приподнялась на диване. - Дорогуша, иди к нам!
  Через несколько секунд дверь приоткрылась, и с едва слышным гудением в 
"обсерваторию" вкатилось нечто похожее на миниатюрный пылесос в виде "божьей 
коровки". 
  Деловито объезжая мебель, "коровка" достигла дивана, после чего остановилась и 
замерла, слегка приподняв передний край.
- Познакомься, Чопи, это - Олег.
 "Коровка" вновь ожила и, повернувшись, теперь уже медленно поползла в сторону 
Андрея. В метре от него она опять встала и, чуть нагнув "голову", вдруг выпустила в 
стороны крошечные крылья, которые тут же начали слегка вибрировать.
- Класс! Интелловский робот-домашнее животное! Я видел такого у нас в "Теско", тоже 
всё собирался купить...
- Самое забавное, что с ним даже можно поговорить, но я стараюсь этого не делать, чтобы 
не сойти с ума окончательно.
 "Услышав" последние слова, Чопи перестала вибрировать и, медленно пятясь, словно 
чем-то испуганная, заползла под диван.
- Сойти с ума? - Андрей вернулся в кресло. - Ты о чём?
- Последний год я живу с мироощущением типичного шизофреника: "что-то происходит, 
но я не знаю - что".
- Я ощущаю это с раннего детства...
- Ты зря смеешься. Какое-то предчувствие, что ли... Обреченность всего нашего мира, 
надвигающиеся хаос и катастрофа, при полном отсутствии объективных признаков...
- Странно...
- Что - странно?
- Буквально вчера подобное чувство мне описывал ещё один человек. 
- Кто он?
- Да, собственно, никто. Так, случайный попутчик...
- Всегда боялась случайных попутчиков и случайных встреч. Зачастую именно они 
определяют нашу жизнь, а значит - и нас самих.
- Послушай, Оль... Давай начистоту. Мы сидим здесь и говорим о чем угодно, но только 
не о том, что нас ждёт.
- Начистоту? - она растерялась. - Но я и так полностью откровенна с тобой...
- Хорошо, - Андрей опять поднялся, - вот смотри...
  Сделав несколько шагов, он остановился в самом центре комнаты, возле невысокой 
бронзовой скульптуры "Уставший Кант".
- Послезавтра, а может, уже и завтра, нам предстоит совершить небольшое путешествие. Я 
и ты, мы оба, приглашены в гости, поэтому отказываться от поездки, как минимум, 
невежливо.
  Кроме того, нас не просто пригласили. Мы едем... В общем, ты знаешь, о чём я.
  Так вот. Человека, который пригласил меня, я ни разу не видел. Мало того, я даже не 
знаю, как он выглядит, и не знаю его настоящего имени.
  И, тем не менее, больше года пообщавшись с ним в сети, я абсолютно уверен в 
правильности того, что делаю. Ведь я преодолел в себе страх, ложь, лицемерие и зависть, 
и мне нет никакого дела до всеобщего копошения вокруг.
  И именно поэтому, - Андрей грустно усмехнулся, - я говорю тебе: сейчас, перед самым 
отъездом, я вдруг усомнился.
- Не понимаю...
- Куда мы едем, Оля? - подойдя к лежащей на диване женщине, он присел, чтобы 
оказаться как можно ближе и иметь возможность видеть её глаза. - Кто ждёт нас там? Ты 
знаешь?
  Она спокойно выдержала его взгляд, а затем вдруг улыбнулась.
- В очередной раз убеждаюсь: мужчины никогда не верят до конца! - она вскочила с 
дивана, отчего он закачался, а удерживающие его тросы слегка загудели. 
- Разве я сказал...
- И я не буду ставить это тебе в упрёк! Хотя бы потому, - Ольга подошла к окну и 
прикрыла жалюзи, - что сама я много лет лично знаю того, кто пригласил меня.
- Вот как? И кто же он?
- Мой муж.

- Четыре года назад я закончила медицинский и устроилась медсестрой на "Скорую 
помощь".
  Жила в коммуналке, на Обводном - от детдома дали комнату. Ни электричества, ни воды: 
дом на капремонте стоял. Сам понимаешь, что там жил за народ...
  Как-то раз на выезде разговорилась с одним пациентом, молодым, тоже недавно после 
колледжа. Познакомились. Он один жил, квартира своя, от родителей осталась, работал 
электронщиком в какой-то охранной конторе. В общем, стали мы с ним не то что дружить, 
а так, встречаться иногда...
- ...а потом поженились?
- Ты что, смеешься? Он мне даже не нравился. Внешне - не мой тип, да и внутренне тоже, 
недалекий совершенно, без конца "висел" на нейроиграх да пиво пил литрами...
- Ну, а встречались тогда зачем?
- Ты не понимаешь... Я же абсолютно одна была; ни подруг, ни друзей, на работе люди 
отчаянные, на зарплату еле тянут, дома - соседи-наркоманы, "Оля, выручи полтяшкой", а 
тут какой-никакой, нормальный человек...
- Понятно...
- И вот как-то раз звонит он мне, а сам, чувствую, взволнован: "Бросай всё, срочно 
встретиться надо". 
  Приехала к нему после смены, он - весь на нервах, говорит мне: "Вот, Мелкая, это - твой 
шанс. И мой".
  И рассказывает. 
  Фирма, где он работает, занимается охранной сигнализацией и системами наблюдения. 
Обслуживают, в основном, крупные объекты: торговые центры, базы, коттеджные 
поселки... 
  В том числе и "Кейп-сити". Это, не доезжая Пушкина, поселок такой для богатых. 
  Завтра он - его Володей звали - и ещё один сотрудник поедут в "Кейп-Сити" чинить 
какой-то блок, у одного из жителей сигнализация "глючит". Они пробудут на объекте 
недолго, полчаса от силы, потому что там всего-то сгоревшую деталь заменить надо, да 
проверить. А пока идет ремонт, вся сигнализация в доме и вокруг, включая камеры 
слежения и "сетку", будет отключена. 
  При этом они с напарником будут работать на улице. Там недалеко от дома будка 
специальная, где вся их электроника и где охранник дежурит.
  В общем, предложил он мне ограбить этот дом. 
- Вот так приятель!
- Ага. Он всё рассчитал. Особняк - самый крайний в поселке, находится недалеко от 
внешней стены. Камеры отключат - через стену перелезть несложно. 
  Разумеется, на первом этаже - решетки, но он ещё когда сенсоры монтировал, запомнил 
окно, где щель между решетками широкая, и я смогу пролезть на веранду. "Ты ж вон 
какая у меня мелкая", говорит.
  А самое главное, что ничего искать не надо. На третьем этаже у хозяина кабинет, и там, 
просто в шкафу, безо всякого сейфа - деньги.
  Володя точно не знал, сколько там, но был уверен, что очень много: пачки, говорит, 
рядами сложены.
- Откуда, интересно, он про деньги узнал?
- Они когда первоначальный монтаж делали, вместе с боссом своим и хозяином обходили 
все комнаты, обсуждали, как и что, хозяин сдуру и приоткрыл шкаф, может, слегка 
выпивши был, а может, и покрасоваться хотел... Он сам-то продюсер известный, ты тоже 
его знаешь...
- Короче говоря, ты согласилась?
- Не сразу конечно... Мы с Володей почти всю ночь проговорили. Он всё расписывал, вот, 
купишь квартиру, приоденешься, работу получше найдешь... 
- Что он мог ещё говорить...
- Ага. К тому же, всё так удачно складывалось... Семья у продюсера - за границей. 
Прислуги в доме нет. Только личный шофёр-телохранитель, который днем вместе с 
хозяином - в городе.
  В общем, на следующий день, взяла я у Клёпы - это сосед мой, водила запойный - его 
облезлую "хонду" и ровно в четырнадцать ноль-ноль уже была в лесу, в полукилометре от 
"Кейп-Сити".
- Просто детектив.
- Ещё какой. Чейз по-русски. В 14.15 на "мобилу" падает SMS от Володи: "Привет. Как 
поживаешь?".
  Это значит, что они подъезжают к поселку. Я оставила машину и пошла к стене. Когда 
осталось сто метров, лес кончился: контрольная полоса. Спряталась в кустах, жду.
  Вскоре второй SMS приходит: "Как освободишься - звони". Значит - всё. Энергию 
отключили. Пора.
  Подбежала к забору, руки трясутся, дыхание такое, знаешь, словно после марафона, даже 
сейчас помню... А забор высокий... В общем, перелезла кое-как, спрыгнула и к дому 
бегом, под деревья; спрятаться хотелось жутко.
  Возле дома отдышалась, успокоилась немного и пошла, как он велел, вокруг особняка. 
Дошла до башни, вижу: веранда. В крайней нижней секции решетки, и вправду, 
пространство между прутьями - шире. Полезла.
  Самое интересное, что когда оказалась внутри - страх как рукой сняло.
  Достала план. Ага. Вот холл, вот лестница, третий этаж, спальня, игровой зал... А вот и 
кабинет. Всё, как Володя описал.
  Только денег не было.
- Как - не было? Вообще?
- Нет, ну почему... Там было несколько пачек по десять тысяч. Евро. Деньги, конечно, но 
совсем не то, о чем грезили...
- Да уж, надо думать...
- Что делать, взяла их - и к дверям. Двери-то открываю, чтобы из кабинета выйти, а в 
коридоре... Ты не представляешь, что я увидела...
- Собаку?
- Собак в доме не было. Мне ещё Володя сказал: "Не бойся, там - ни собак, ни кошек..." 
Сволочь...
- Ну, а кто тогда?
- Огромная. Страшная. Змея. Она свернулась в коридоре, прямо напротив дверей. Удав... 
И голову так поднимает, на меня смотрит...
- Даже я, наверное, испугался бы...
- Испугался? Да я думала - умру сейчас. Захлопнула дверь и в кабинете стою, сдвинуться с 
места не могу.
  Не знаю, сколько простояла. Приходит SMS: "Еду домой".
  Через минуту включат сигнализацию.  
  Я снова дверь приоткрыла, а удав, представляешь, уже под дверью лежит! Я тут не 
выдержала, заорала в голос и снова дверь захлопнула. И ты знаешь, стою, рыдаю, и мне 
уже неважно, что со мной будет, лишь бы кто-то пришел и убрал это чудовище... Ноги 
подкосились от страха...
- Постой, а через окно-то почему не попыталась?
- Так я же тебе не матерый "домушник"! Сообразила потом, конечно, что можно в окно, 
да только поздно было: начала раму открывать - слышу: "Внимание! В периметре 
нарушитель! Оставайтесь на своем месте и не шевелитесь. К вам сейчас подойдут".
  Через минуту голос из-за дверей: "Красотка! У тебя оружие есть? Или мне сразу ОМОН 
вызывать?" Охранник, видимо.
  Я ему отвечаю: "Нет у меня оружия никакого. Уберите змею, пожалуйста!"
 "Ляг лицом в пол, руки в стороны, головой к дверям. Зайду - не дай Бог пошевелишься, 
застрелю сразу же. Ферштейн?"
  Через час приехал хозяин особняка. Солидный, в костюме. Без милиции. 
  С ним только телохранитель его был, тощий и лысый, и ещё один мужчина, молодой, с 
папкой в руках.
  Хозяин посмотрел на меня - я в наручниках на полу лежу - и говорит негромко так: 
"Вставай, пошли".
  Вышли во двор, он впереди, за ним - я, следом все остальные. А посредине двора ещё 
одна башня строится, кирпич положен, но ни окон, ни дверей.
  Зашли вовнутрь. Там стол такой, для рабочих, деревянный, и пара стульев.
  Хозяин и тот, что с папкой, сели за стол. 
 "Коля, давай".
  Лысый подвел меня к узкой нише в стене, с трубами, затолкнул туда, а наручниками за 
арматуру зацепил. Стою, думаю, бить будут сейчас. 
  Ошиблась. 
  Коля вышел, а минут через пять вернулся. Смотрю: тащит по земле ванну с раствором. Я 
сначала-то не поняла, что он делать собирается, а он сел себе преспокойно и начал нишу 
вместе со мной кирпичами закладывать. Я стою, реву в голос,  а эти двое за столом сидят, 
о чем-то тихонько разговаривают, даже в мою сторону не смотрят.
  Когда Коля заложил почти до половины, хозяин встал, подошел ко мне и говорит: "Что, 
сука, Конрада испугалась? А он, между прочим, добрый, на человека никогда не нападает. 
Ему одиноко было, а ты... Рассказывай, откуда в доме взялась. Если правду скажешь, то 
просто сдохнешь в кладке кирпичной, а нет - я тебе туда какую-нибудь из "невест" 
Конрада для компании закину. Обокрасть меня вздумала, крыса... Клади, Коля, не 
отвлекайся".
- Постой, зачем ты мне всё это... - Андрей видел, что рассказ дается ей не легко.
- Конечно, я рассказала им всё, - продолжала Ольга, не слыша его слов. - И про Володю, и 
про деньги... Представляешь, я стою, реву, а этот тип по комнате ходит, курит, иногда с 
кем-то по телефону говорит... А Коля кладёт.
  Скоро я уже не могла ничего видеть. Только кирпичи... Темно-красные, с запахом 
таким...
  И тут слышу, второй говорит: 
 "Валька, слушай, а продай её мне?"
 "Кого?"
 "Как - кого? Красавицу нашу".
 "Эту крысу? Ты что, сдурел? Зачем?"
 "Затем. Пригодится в хозяйстве. А тебе лишь бы придушить кого-то, прямо как змеи свои 
стал..."
 "Борь, ты знаешь, я для тебя всё сделаю, но ты, по-моему, последнее время совсем поехал 
головой. Тебе что, своих куриц мало?"
  Тут Коля уже почти заканчивает и спрашивает:
 "Ну, так это, кто хочет кирпич последний положить?"
  Молодой говорит: "Так, Коля. Вот тебе две "штуки" за суету, и давай, разбирай свой 
"дизайн-проект", пока не засохло".
 "Не понял".
 "Дурак ты, Борька!" - продюсер, слышу, уже не такой злой. - "Она тебя обворует, да 
потом ещё и ментам сдаст". 
 "Не сдаст".
 "Ну, хорошо хорошо, убивать не будем. Но тогда, может, просто к Горидзе в клуб её 
продадим? Раз уж ты такой жалостливый..."
 "Валя, нет! Я её забираю, и не спорь. Давай, Никола, начинай обратный процесс, чего 
сидишь..."
 "Тьфу ты! Ну, пойдем тогда хоть в бильярд покатаем..." 
  Так я стала пятой женой в гареме медиа-магната Бориса Берника.

-"Внедрись и предай". Так, кажется, шоу называлось, с которого он начинал?
- Нет. Это уже - второе, а начинал он с "Женщин нет". Я иногда смотрела, но не знала, что 
его тоже Берник делал.
- Что-то не помню такого... Про зэков что ли?
- Да нет, про сетевых маньяков. Он, так-то, талантливый продюсер, темы "по запаху" 
находит...
- И как жилось у "таланта"?
- А ты знаешь, неплохо. Я бы даже сказала, очень хорошо мне жилось.
- В гареме?
- Я жила в "Блице". Это - поместье Берника.
  Конечно, поначалу, когда меня только туда привезли, я думала - всё, или сбегу, или 
смерть.
  Представляешь, там домище в три этажа, парк с фонтаном, лебеди в озере. А у меня - две 
комнаты наверху и запрет особняк одной покидать.
  В первый же день мне имплантант вживили, ну, знаешь, такой, как у детей, чтобы не 
терялись, только специальный, для взрослых. Из дома выходишь, на пульте охраны - 
сигнал. Попробуй, убеги.
- В молодости мне такой же вживляли, когда мы в труднодоступные районы ездили, 
чтобы не потеряться. Так что я в курсе.
- Кроме охраны и слуг, в доме жили две жены Бориса: Люда и Альбина, то есть, вместе со 
мной - три, а другие две: Елена Викторовна, официальная жена, и Насико - в городской 
квартире. 
  Ещё отец Берника в усадьбе жил, Михаил Романович, очень пожилой. У него и вход был 
отдельный, и столовая; мы его нечасто видели.
- Могу себе представить, что там у вас творилось...
- Да нет, зря ты так. Наоборот, атмосфера была очень комфортной, легкой какой-то. 
Кроме меня, все девчонки могли ездить, куда пожелают, у каждой - своя машина... 
Вообще, кто что хотел, тот то и творил. Клубы, магазины, вечеринки всякие... Совместные 
пьянки "всем гаремом", дни рожденья...
- А Берник?
- Так он же всегда - на работе. Появлялся как свет в окне - все сразу к нему...
  Я сначала не понимала, как ему удается содержать весь этот шалман почти без ссор и 
скандалов, а секрет-то простой оказался. Каждой жене Боря давал понять, что по-
настоящему любит лишь её, а те, другие - просто для утех. Причем, делал это настолько 
изящно, что каждая верила: она - избранная, и смотрела на остальных чуть 
снисходительно.
- И ты - тоже?
- Я? Не знаю... Он приходил ко мне по ночам... Иногда мы просто сидели и разговаривали 
до самого утра. Обсуждали всех, он про каждую из девчонок рассказывал что-то, как 
будто я и он - одно целое, а они все - так... Про родителей своих часто рассказывал...
  А как-то раз, примерно через полгода после моего вселения, Берник приехал днём. 
Неожиданно. Я одна в доме была. 
  На улице зима, февраль. Он меня усадил к себе в "роллс", и мы поехали. Приехали в 
Питер, остановились на Обводном, от моего дома недалеко.
  Он говорит: "Олька, прости. Не я эту жизнь придумал. Возьми вот..." 
  И даёт мне кредитку.
 "Тут ежемесячный лимит - пять штук еврос, ровно год карта валидная будет. А это - 
ваучер. Выберешь любую квартиру в "Синтеке", они мне должны... В общем, иди, живи, 
как хочешь, смерти мне не желай только..."
  Кнопку нажал на брелке - дверь открылась. Я сижу рядом с ним, а он смотрит куда-то 
вдаль. Я говорю: "Боря... Зачем мне ваучер? Мне что, жить негде?"
  Он ко мне повернулся, не понимает, о чём я.
 "Борь", - беру его за руку, - "Поехали обратно. Домой. По "четверке" скоро "Сердце 
Леды" начнется... И окно закрой, пожалуйста, холодно".
  Он завел мотор, поехали. Выехали за город, он останавливается на обочине. Говорит: 
"Знаешь, я, наверное, с Ленкой разведусь. И вообще, зачем мне все это? Я больше не 
хочу..." 
  В тот день мы не вернулись в усадьбу. 
  Сначала - "Ройал", с друзьями его просидели там часа три, шампанское пили... Затем 
"Водный мир". Я не помню даже, что мы там делали, какие-то танцы, огни... Ночевали на 
веранде, в "Сохо". Семнадцатый этаж, зеркальный потолок, мавр с опахалом...
  Утром он улетел, в Сочи, по-моему... За мной Алька приехала, увезла домой, в "Блиц"...
- Он так и не развелся?
- Нет, конечно... Да и не нужно это никому было. Ни ему, ни мне... А через год всё 
закончилось. Телеканалы национализировали. На медиа-рынке начался очередной 
передел... Да ты и так знаешь всё. 
  Берник попытался эмигрировать, но это оказалось уже не так просто, как раньше. В 
конце концов, он выехал в Венесуэлу, первую же страну, куда его впустили, и с тех я 
больше его не видела. 
- Он уехал с семьей? 
- Да с какой семьей... Елена Викторовна уже несколько месяцев жила с другим человеком, 
компаньоном Берника, это все знали. Девчонки тоже разлетелись, кто куда. Так что, Боря 
один уехал. Отца похоронил, тот буквально за неделю до отъезда скончался.
- Ну, а ты?
- А что я? Меня он не позвал... Пока оставалась в "Блице", увлеклась тэквондо. 
Самооборона, духовные техники, буддизм, дзэн... Потом учиться пошла.  В "Лэкс-
Гладиаторс". Это школа телохранителей, лучшая в городе, наверное.
  Жить сюда переехала. Это квартира отца Берника, Боря мне её оставил...
  Устроилась в агентство "Сургучев и Демьяненко", V.I.P.-сопровождение, персональная 
охрана и так далее. Хотела стать амазонкой. Вот дура, представляешь...
- Подожди, а чем плохо-то?
- Ничем. Наоборот, слишком хорошо. На первой же встрече с клиентом выяснилось, что 
единственный, против кого нужно применять силу - это он сам. 
- Неужели банальная проституция?
- Проституция. Как и всё в этом мире. Только не совсем банальная. По его же просьбе я 
сначала избила его чуть не до полусмерти, а затем, приковав к батарее, заставляла 
проделывать всякие штуки, от которых меня до сих пор тошнит. 
  Впрочем, оно того стоило. Этот взыскательный клиент заплатил не только агентству, но 
и мне лично. Причем совсем другую сумму. А ещё его так впечатлил мой "игровой азарт", 
что через несколько дней он позвонил и снова заказал мой "эскорт". 
  Я ушла от Сургучева и с тех пор "работаю" самостоятельно. Клиентов хватает. Мало 
того, я ещё и выбираю. Стаж, как-никак. Авторитет.
  Последние слова Ольга произнесла насмешливо. 
- Примерно полгода назад мне позвонил Борис. Это было настолько неожиданно, что на 
целые сутки выбило меня из колеи. Он сказал... Сейчас уже неважно, что он сказал, но 
после того звонка мы стали общаться с ним почти ежедневно, через вебкамеру и "крафт-
мобайл".
  А две недели назад он пригласил меня в гости.

- Не хочу притворяться и врать, будто бы я потрясен услышанным. Помнишь Гато из 
Страны Мёртвых Пчёл? "Это - не помойка, не тюрьма и не преисподняя. Мы просто здесь 
живём".
- Не нужно ничего говорить, - она улыбнулась, - тебе сделать ещё кофе?
- Пожалуй...
  Ольга вышла. 
  Когда спустя четверть часа она вернулась, держа в руках поднос с кофейником, то уже 
была одета в японский деловой костюм и походила на романтичного, но беспощадного 
юношу-якудза.
- Ты куда-то уходишь?
- Мне нужно в консульство. Я не знаю, когда вернусь, но хочу, чтобы ты дождался моего 
возвращения.
- Если честно, я и так не горю желанием ехать в отель.
- Вот и отлично. В этой квартире сокрыт миллион удовольствий. Отдыхай, развлекайся. 
Проголодаешься - набери "единицу" на смарте в прихожей, закажи что-нибудь из 
ресторана снизу. А спать можешь в любой из комнат, где больше понравится. Ну, пока?
- Пока. Вернее, подожди... Я хотел спросить... Скажи, Оль, какой никнейм у Берника в 
сети? Может быть, Маркус?
- Нет. Его ник - Эдо.

  *   *   *

- Моя богиня плачет. Я хотел бы подарить ей цветы.
- Какую сумму вы планируете потратить?
- Двести тысяч фунтов.
- Проходите в оранжерею, выбирайте. И помните: здесь продаётся всё, кроме Цветов 
Вечности.
  С каждым шагом заросли орхидей становились всё плотнее, а их волшебный аромат 
постепенно усиливался, превращаясь в густой удушливый запах. Вскоре он понял, что 
задыхается, и повернул назад.
  Но куда подевался выход? Вокруг - только цветы. Огромные, черные, синтетические 
цветы со странными шевелящимися лепестками... 
  Где я?

  В его сознание вдруг резким острым лучом ворвалось солнце. 
  Пробуждение.
  Андрей приоткрыл глаза, пытаясь определить, почему в спальне так светло. Сквозь 
нависающий над кроватью прозрачный балдахин он разглядел на потолке бледные 
контуры цифр проекционных часов. 
  9.22. Утра? 
  Андрей ощутил у себя на шее чьё-то дыхание и пошевелился. Не открывая глаз, Ольга 
прижалась к нему ещё крепче, и в этот момент он почувствовал, как бьётся её сердце.
- Не спишь? - он погладил её по волосам.
- Уже давно, - прошептала она.
- Тогда - встаём?
- Ни за что, - Ольга перевернулась на спину. - После Анжелы ты первый живой человек в 
этой спальне. Когда будет следующий, ты знаешь?
- Можно сразу после завтрака, - Андрей засмеялся. - А кто такая Анжела?
- Так звали мою кетч... Скажи, что тебе снилось?
- Да какая-то муть. Цветы в оранжерее, город незнакомый, не помню... 
- А мне - самолет. И море. И маяк...
- Кстати, о самолетах. Ты говорила, с утра нужно кому-то позвонить.
- Да, я помню, но ещё рано: консульство открывается в десять. К тому же, Салим, в любом 
случае, перезвонил бы.
- Это консул? 
- Нет. Атташе по культуре.
- А если он скажет, что всё - гуд?
- Тогда в 17.35 - рейс "Санкт-Петербург - Париж". И через три часа мы уже гуляем по Ля 
Дефанс!
- Иди ко мне...


                                                                         - 8 -                                                                           

 "Дамы и господа! Через несколько минут наш самолет совершит посадку в аэропорту 
"Шарль де Голль" в Париже. Просим вас застегнуть ремни, убрать столики и привести 
спинки кресел в вертикальное положение.
  Уважаемые пассажиры - граждане Российской Федерации, обращаем ваше внимание на 
то, что, согласно "Афинскому пакту" 2016 года, Европейский Союз больше не 
предоставляет политического убежища заявителям из России. Для получения 
дополнительной информации достаньте брошюру из кармана переднего сиденья..."
- Давно, ещё в прошлой жизни, я знал одну девушку. Она была настоящей француженкой, 
хотя и родилась в Риме. Когда мы познакомились, у меня возникла навязчивая мечта - 
встретить вместе с ней парижскую весну, - Андрей разглядывал проплывающие в 
иллюминаторе огни. - Но так и не сложилось...
- Она сейчас в России?
- Нет, уехала. Не то в Намибию, не то в ЮАР... 
- Пристегнись, идём на посадку.
- Кстати, где нас будут ждать?
- Мы просто спустимся в зал прилета. К нам подойдут. 
- Надеюсь. Знать бы ещё - кто.
- Не беспокойся, всё будет нормально, - Ольга улыбнулась и положила ему руку на 
колено, - вот увидишь.

  Люди, ещё в прошлом веке проектировавшие аэропорт "Шарль де Голль", явно имели в 
своем арсенале машину времени. Андрей с удивлением обнаружил, что причудливо 
изогнутые стены, серебристые многоуровневые трубы переходов и бесчисленные 
эскалаторы идеально вписываются в концепцию современной индустриальной 
архитектуры.
  Они довольно быстро прошли паспортный контроль в небольшом терминале для 
российских рейсов и, поглядывая на молодых улыбающихся чернокожих солдат с 
автоматами наперевес, спустились вниз.
  Кольцевые коридоры нижнего уровня встретили их сиянием бесчисленных витрин 
магазинчиков и ресторанов. Море неоновых огней, бликующий хрусталь колонн и 
чернеющее серебро зеркал, готический космо-керамик столов, кресел и турникетов.  
- Это что?! Два часа до ядерной войны или съемки "Багдадских героев"? 
- Ты давно не был в Европе. Это всего лишь пассажиры.
  Казалось, что весь Париж собрался сегодня в "Шарль де Голль" - настолько здесь было 
многолюдно. Гул пёстрой толпы сливался со звуками величественной восточной музыки, 
которая лилась изо всех динамиков аэропорта, почти заглушая собой монотонные 
объявления диспетчеров. 

  Поражало полное отсутствие надписей на каком-нибудь другом языке, кроме 
французского и арабского, а многочисленные зеленые таблички с непонятными 
символами окончательно сбивали с толку.
- Извините, - обратился Андрей по-английски к куда-то спешащему служащему, - как 
пройти на выход?
- Же не парль англе, - тот даже не обернулся.
- Пойдём, я их вижу, - Ольга подхватила Андрея под руку и устремилась к светящейся 
неоновой вывеске "Хабиб-Банка".
  Двое смуглых мужчин, одетые в традиционные арабские дишдаши, переглянулись и как 
по команде поднялись с широкой металлической скамейки. Один из них, явно постарше, в 
ослепительно белом тюрбане, взял из рук второго грандиозный букет багровых роз и, 
широко улыбаясь, не спеша зашагал навстречу Ольге. 
- Ахлан ва сахлан! - вручив цветы, он сначала обнял её, а затем, отступив назад и 
поклонившись, пожал руку Андрею. 
- Здравствуйте, - заговорил он по-русски с сильным акцентом, - моё имя Рамзес. Добро 
пожаловать в Париж!
- Мархаба, - улыбнулся Андрей. - Меня зовут Олег, а её - Ольга.
- Мой сын Нури, - Рамзес обернулся и жестом подозвал своего спутника, молодого 
человека лет двадцати. - Завтра утром мы отвезем вас по назначению. А сейчас вам нужно 
отдохнуть. Идёмте.
  Через несколько минут, спустившись на лифте и пройдя по непостижимому лабиринту 
коридоров "Руасси", они оказались на подземной парковке аэропорта, где их ждал 
автомобиль Рамзеса - небольшой микроавтобус, весь светящийся сумасшедшими 
красками рекламных постеров.
- Я взял его напрокат. Пожалуйста, садитесь, устраивайтесь, - он пропустил гостей вперед 
и влез следом, закрывая дверь. Нури сел за руль.
  Минивэн долго петлял между бесконечными рядами автомобилей и вдруг вылетел на 
поверхность: желтая полутьма подземелья сменилась яркими ночными огнями, а в 
приоткрытый люк салона ворвался свежий весенний воздух. 

  Ехали молча.
  Лишь время от времени Рамзес, не переставая улыбаться, произносил названия 
проносящихся за окнами площадей и улиц: "Сен-Дени", "Аль-Фарам", "Ворота 
Клиньянкур", "Халим-Хафез"...
  Он явно не случайно выбрал такой маршрут, чтобы прокатить гостей по центру 
французской столицы и заставить их восхищаться городом, напоминающем 
великолепную восточную сказку.
  Ночной Париж был буквально залит светом.
  Светящиеся дорожки прогулочных катеров на Сене, минареты, украшенные неоново-
зелеными лампами подсветки, нескончаемый поток машин на Елисейских полях с 
"водоворотами" вокруг Триумфальной арки и на площади Согласия.
  Тысячи мощных прожекторов и миллионы маленьких лампочек-светлячков выхватывали 
из темноты причудливые силуэты Эйфелевой башни, Пантеона и "Гранд-Оперы", Нотр-
Дама и Великой Мечети. 

  Покинув, наконец, центральную часть города, минивэн вновь устремился на окраины. 
Вскоре автомобиль свернул на тихую улочку и, подкатив к высоким воротам, которые тут 
же распахнулись, въехал в небольшой внутренний дворик.
- Прошу, - Рамзес распахнул дверь и первым ступил на вымощенную булыжником 
площадку перед домом.
  Андрей выбрался наружу и подал руку Ольге.
  Они огляделись. Двухэтажный каменный особняк постройки начала прошлого века 
выглядел совершенно нежилым. Опущенные жалюзи на окнах, отсутствие какого-либо 
света и полная тишина придавали зданию вид совершенно фантастический и зловещий.
  Хлопнула водительская дверь, и показался Нури.
  Рамзес что-то сказал ему по-арабски, и юноша, поклонившись, исчез в темной глубине 
двора.
  Андрею на мгновение стало немного не по себе, но, посмотрев на Ольгу и увидев у неё 
на лице безмятежную улыбку, он приободрился и достал сигареты.
  В этот момент раздался негромкий писк электронного замка. 
  Дом ожил. Жалюзи поползли вверх, одновременно зажегся свет во всех окнах, изнутри 
послышались музыка и чьи-то голоса - очевидно, включился телевизор. 
- Прошу, - снова сказал Рамзес.
  Они вошли в дом.
  Несмотря на то, что жилище было явно недавно арендовано, внутри оказалось весьма 
уютно: обставленный в духе старой Европы холл с ведущей наверх широкой лестницей, 
персидские ковры, высокие узкие окна, подсвечники с криптоновыми стержнями, 
диковинная деревянная мебель и полное отсутствие современных смарт-сенсоров на 
потолке.
- Друзья! Теперь, когда мы здесь, - Рамзес выглядел торжественно, - я ещё раз 
приветствую вас на гостеприимной французской земле и спешу заверить, что я и мой сын 
считаем вас самыми дорогими своими гостями, которых ниспослал нам Аллах.
  Он ещё раз поочередно обнялся с каждым.
- Завтра, около восьми утра, я прибуду за вами в сопровождении ещё одного человека. Мы 
вместе позавтракаем и отправимся туда, где вас ждут.
  А сейчас располагайтесь, отдыхайте. Холодильники полны яств, в баре вы найдете 
любые напитки и не только... На втором этаже - две спальни в стиле "барокко", а в 
подвале - небольшая вибро-сауна с бассейном.
- К сожалению, мне пора уходить, - он сделал несколько шагов к двери. - Да, забыл 
сказать... Если захотите прогуляться, то ни о чем не беспокойтесь - за домом присмотрят. 
Но выходить за пределы этой улицы не рекомендую - по ночам тут неспокойно, лучше 
возьмите такси.
- Огромное спасибо, дорогой Рамзес, - с чувством произнесла Ольга, - но я не думаю, что 
на ночь глядя мы захотим куда-то идти. 
- Тогда - спокойной ночи. И - до завтра!
  Он вышел.

- Ты заметила, что у него внезапно пропал акцент?
- Скажем, не пропал, а существенно уменьшился...
- Я думаю, они насторожены не меньше, чем мы.
- Ты о чём?
- Почему нас сразу не повезли к нашим друзьям? Проверяют? - Андрей задумчиво курил, 
развалясь на старинном диване из красной кожи.
- Даже если и проверяют, что с того? - Ольга открыла холодильник и достала 
внушительных размеров вазу с фруктами. - Смотри, вот это виноград, я понимаю...
- Рамзес сейчас наверняка где-нибудь сканирует фулл-инфо на наши физиономии...
- Слушай, а чего ты так разволновался? - Ольга поставила вазу на низкий деревянный стол 
и вплотную подошла к Андрею. - Может быть, ты - агент ФСБ?
- Если честно, то - да. 
- Офицер? - она начала медленно расстегивать свою куртку. - Так ты офицер секретной 
службы?
  Она уронила куртку на пол.
- Оль, прекрати, давай лучше выпьем чего-нибудь...
- О, мой офицер, не прикажете ли в сауну?
- Ха! Сейчас пойдем резвиться в бассейне. Под объективами камер. Разбежался!
- Нет, ну, скажи, почему ты такой зануда? Тебя  что, остановит чей-то пристальный взгляд 
из объектива?
- А тебя - нет?
- Конечно, нет. Скорее - наоборот...
- Первый раз вижу... ммм... гейшу, которую интересуют мужчины, - засмеялся Андрей, - 
ну хорошо, хорошо! Давай, только немного перекусим... Так, а это что?
  Он подобрал на ковре пульт от телевизора.
- Посмотри, нет ли в холодильнике чего-нибудь мясного?
- Мясного? Знаешь, я уже пожалела, что пообещала Рамзесу никуда не выезжать. Можно 
было поужинать где-нибудь...
- Г